– Неподалеку селение рода Хорьков, наткнемся на кого-нибудь, – покачал головой кабез. – Подождем до вечера. Эти – явно из ближнего патруля. Если незаметно проскочим – дальше начинаются большие заповедные угодья. Там мало кто ходит, потому что маги неохотно допускают охотников в те места.

– Думаешь, наших парней держат там?

– Не уверен, но проверить надо.

– А если мага повязать и расспросить? – не отставал с расспросами Сергей. – Мы долго можем бродить по лесу, а пленник наведет на след.

При словах о поимке мага фыркнул Роно. Видно, что смешное сказал Низовцев, что развеселило парня.

– Колдуна не так легко поймать, – пояснил Аслак, – а те, кто встает на его пути, обычно погибают. Здесь нам помог бы Мёран, но он отказался от поездки.

– Вы хотели его уговорить на такое опасное дело? – поразился Сергей. – Почему же он мне ничего не сказал? Да он же старик! Других чародеев не нашлось?

Илон зашипел и предупреждающе вздернул руку. Спорящие замолчали и стали следить за лесовиками. Закончив трапезу, те без лишней суеты заложили потухающий костер дерном, после чего оседлали своих ящеров и исчезли в чаще леса. Прождав еще полчаса, кабез дал команду двигаться. Снова прыжок в седло, быстрый переход на другую сторону опушки – и опять густая тень леса.

Вечерело. Илон даже не думал сбавлять темп движения, ввинчиваясь подобно штопору в чужие земли. Лес за спиной смыкался плотной стеной, а темнеющее небо уже заставляло думать о надежном ночлеге. Ящеры молча топали друг за другом, изредка пофыркивая от попадающей в ноздри мошки. В этих местах было влажно, где-то вскрикнула незнакомая птица и замолкла, словно испугавшись чего-то. Сергей обратил внимание, что большая часть деревьев обросла каким-то белесым мохом, тянущимся вверх от корневищ. Нижние ветви сосен уродливыми высохшими лапами раскинулись во все стороны, серьезно мешая продвижению. Зазевавшись, легко можно было приложиться головой об такую преграду, и неизвестно, кто бы вышел победителем.

Под лапами корнуто зачавкала жижа. Тяжелые туши саурусов продавливали податливую мокрую почву, оставляя серьезные метки для тех, кто попытается отслеживать перемещение разведгруппы. Покачиваясь в седле, Сергей размышлял о бесперспективности рейда. Идут наощупь, вслепую, без каких-либо данных о местонахождении магов или захваченных лесовиками ребят. Или все же знают, где живут эти чертовы некроманты?

Движение отряда замедлилось. Сергей слегка натянул поводья, и Чероки остановился, вытянув морду в сторону. Ноздри его зашевелились. Он стал нервно переминаться с лапы на лапу, чего от него Низовцев не ожидал. Или почуял что-то? Сделав еще пару шагов, саурус встал напротив густых переплетений какого-то кустарника. Низовцев перехватил «рифл», насторожился. Внезапно что-то цепкое схватило его за правую ногу и стало тянуть вниз с седла. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Кинув взгляд на это «что-то», с ужасом уставился на бездонные провалы глаз почерневшей, словно головешка, фигуры то ли человека, то ли неведомого животного. Скорее, человека, стоящего на двух полусогнутых ногах. Ссохшаяся кожа на голове без волос стягивалась в маску, превращая лицо в мертвецкий череп, а на теле висели обрывки одежды, истлевшей от времени. Прикосновение мертвеца было подобно ледяному капкану. Словно что-то живое стало утекать из тела Низовцева. Враз ослабли руки, в животе предательски скрутило кишки.

«Нахцер! — в панике подумал Сергей, тщетно пытаясь выдернуть ногу из цепких, обтянутых пергаментной кожей, пальцев мертвяка. – Вот же влип»!

Страх прошел. Чероки уже сообразил, что с хозяином происходит неладное. Странно, но он не чуял нахцера, но поток животного ужаса от всадника, а, может, характерные потовые выделения (собаки, говорят, тоже чувствуют страх человека таким образом) заставили его дернуться вбок, и нахцер, не отпуская ногу Сергея, упал.