Из экономии, Федор давно уже перестал покупать спиртное в магазинах. Вот и в этот раз зашел к своей соседке и затарился паленым спиртом с большим запасом. Вот теперь, в предвкушении выпивки и настроение пошло в гору. Быстро открыл дверь, прошел прямиком на кухню, налил полстакана теплого гадкого пойла и давясь, выпил. Нет, он не закусывал, а водой запивал. Времени до начала дежурства было вагон, а потому, завалился спать, не забыв завести будильник.

В «дежурке» было как-то уж слишком шумно, людно и накурено. И тут выскочил начальник смены Николай Жарков, по прозванию Коля Бешеный:

– Так, я не понял, ППС, вы чего, покурить сюда приехали, что ли? Людей привезли? Раз привезли, рапорта на стол, и на выход! Резников, Блинов, вам чего здесь надо? <Нефиг> тут шароебиться, идите работать! Так, все, все, телетайпограмму ты уже передал и иди с богом!

И вмиг в дежурной части стало тихо и свободно.

– Ну что? – спросил Николай.

– Все в ажуре! – ответил Федор.

– Сейчас начальник уедет, и все сделаем, – сказал Николай.

В переводе на общедоступный язык, этот скупой диалог означал: «Ты спиртное принес? Да, в достаточном количестве. Тогда, как уедет начальник, выпьем, как следует».

Начальник отдела, полковник милиции Малыгин был отличным образцом милицейского руководителя. Сам, без влиятельных покровителей, как говорят в органах, вырос из земли, а не из паркета. И тем не менее, аналитический, сыщицкий склад ума, не помогал понять, почему его отдел является одним из самых «пьяных» в городе.

– Коль, я тебя прошу, чтоб только без залетов и эксцессов! – по-человечески обратился он к начальнику смены.

– Валерий Сергеич, все будет нормально! – заверил Николай.

И все же, начальник ушел с непонятным грузом на сердце.

Приехал милиционер-водитель Олег, с которым Федору предстояло работать до утра. Ну а дальше произошло то, что для нормального человека было бы неподдающейся пониманию дикостью. Вся дежурная смена, включая водителя и, разумеется, Федора, немедленно выпила. И еще раз. Ну ладно и еще по чуть – чуть. Нет, следственно – оперативная группа в этом безобразии не участвовала, поскольку работала без заездов.

Фактически, дежурство Федора началась с начала седьмого. Вечера, естественно. И вполне, надо сказать, удачно. На первых двух вызовах мужья-дебоширы успокоились и заявительницы уже ничего не хотели, на третьем дверь не открыли, на четвертом оказалось, что злодей убежал. Больше вызовов не оставалось, а потому, Федор взялся за рацию:

– Заря – триста восемнадцать!

– На приеме Заря!

– У нас все!

– Возвращайтесь в хозяйство!

«Отлично! Сегодня мой день» – подумал Федор, позабыв, что от позорного увольнения его удерживает лишь тонкий волосок. Но нет, рация вновь заговорила:

– Триста восемнадцать – Заре!

– На приеме!

– Пиши адрес такой-то, семейный скандал, угрожает ножом.

– Принял!

На улице их встречали женщина средних лет с забинтованной рукой – жена злодея.

– Я уж не буду руку разматывать, – сказала она, – там порезы глубокие. Если б я за нож не схватилась, он бы зарезал меня. Я сама не знаю, как убежал. От соседки вас вызвала. Ой, как долго вы ехали, у меня голова кружится, много крови потеряла.

– Он сейчас дома?

– Да, дома. У меня ключ есть, сейчас открою, если только он на щеколду не закрылся.

Нет, к счастью, обошлось без щеколды. Злодей, коренастый, лысоватый, пьяноватый, пару секунд постоял в недоумении, после чего, как и положено, начал сольное выступление.

– Э, я не понял, это че тут за гости? Вас кто вызвал? Я не вызывал! А ну, развернулись и <нафиг> отсюда!

При этом он допустил совершенно непростительное действие: подтолкнул Федора и Олега к выходу.