— Обойдусь без автографа. Эмери вздохнул.

— Мэтти, сердце мое, мне страшно смотреть, что ты помолвлена с человеком, в котором полностью отсутствует светская полировка. Дорогая моя, ты заслуживаешь лучшего.

— Знаю, но в моем возрасте женщина уже не может быть слишком разборчивой, — усмехнулась Мэтти. Ей вдруг пришло в голову, что поддразнивать Хью — достаточно увлекательное занятие.

Хью их обоих проигнорировал и заплатил за книгу.

Трио вернулось в галерею в задумчивом молчании. У дверей Эмери остановился и взглянул на Мэтти с глубокой признательностью.

— Мэтти, сердце мое, я благодарен тебе больше, чем могу выразить, я только сейчас начал понимать, как много ты для меня сделала. Должен признаться, большое удовольствие видеть все эти экземпляры своей книги там, в магазине. Весьма удачный способ распространения, для моих других литературных работ мне не удавалось такого добиться.

— Подожди, когда книга выйдет в бумажном переплете и ты увидишь большие стопки во всех супермаркетах, прямо рядом с газетами и батарейками

Для фонариков, — сказала она со смешком, — тогда ты будешь знать, что действительно добился успеха. Эмери рассмеялся и поцеловал ее в лоб.

— И кто бы мог подумать? Жизнь иногда странно поворачивается, верно?

— Безусловно.

— Ну, наверное, это делает ее еще интереснее. — Приподняв бровь, он взглянул на Хью, раздраженно наблюдающего за этой сценой. — Я желаю тебе всего самого наилучшего, хоть ты и сделала странный выбор, Мэтти. Но не спускай с него глаз. Я бы на твоем месте не слишком ему доверялся. Он собирается тебя увезти, дорогая. Запомни мои слова.

Последовала короткая, напряженная пауза, пока Мэтти и Хью смотрели, как Эмери удаляется по улице.

— В самом деле? — наконец тихо спросила Мэтти.

— Что в самом деле? — Прищуренными глазами Хью все еще смотрел в спину Эмери.

— Собираешься увезти меня или ты действительно намерен остаться жить в Сиэтле?

— Ты все еще не доверяешь мне, детка?

— Хью, я могу доверить тебе свою жизнь. Я уже делала это несколько раз в последнее время.

— Но не свое сердце?

— Я еще думаю.

. — Думай, думай, детка. — Он привлек ее к себе и поцеловал. — Думай хорошенько. Потому что так или иначе, но нам суждено быть вместе.

Хью снял со стула в офисе Джонсона огромную стопу компьютерных распечаток и сел. Джонсон, сосредоточенный молодой человек в очках в роговой оправе, кроссовках, брюках из синтетического материала и мятой белой рубашке, устало поднял на него глаза.

— Я же сказал, что позвоню, когда что-нибудь узнаю, мистер Эбботт.

— Я тут мимо проходил, вот и решил, дай зайду, посмотрю, как дела продвигаются, — соврал Хью. Компьютерный зал располагался несколькими этажами ниже административного и явно не мог находиться по пути, куда бы он ни направлялся. — Вы вчера мне сказали, будто получили подтверждение, что кто-то орудует на заднем плане там, на Чистилище. Я хотел спросить, не удалось ли вам узнать имя или еще что.

Джонсон вздохнул, снял очки и потер переносицу.

— Пока ничего. Я же обещал позвонить. Честное слово, мистер Эбботт. Я понимаю, как это для вас важно.

— Очень важно.

— Мне ясна картина. Уже сейчас я могу сказать, что ситуация на Чистилище слегка изменилась, но никто не знает пока, как именно. И похоже, всем наплевать. Я сообщил вам все, что мне удалось раскопать в двух-трех довольно надежных базах разведывательных данных. Другого пока ничего нет. В основном потому, что ситуация на этом долбанном острове никого' всерьез не интересует.