— Не знаю, — шепотом ответила Хэрриет, глядя поверх рядов. Ее мог представлять любой из находившихся здесь мужчин в темных костюмах с портфелями. Все они выглядели типичными адвокатами.

— Вдруг нам повезет — попечительский комитет вообще никого не пришлет? — с надеждой шепнула Триш.

— Хорошо бы, — согласилась Хэрриет. Но сама она не очень-то верила в то, что крупная фирма юристов из Сити пустит дело на самотек. Ведь это немалые деньги.

Началось заседание. Их дело не было первым. Хотя Хэрриет и старалась слушать внимательно, все же она отвлеклась.

В последнее время она частенько не могла сосредоточиться ни на чем, кроме своих собственных проблем. Особенно часто она вспоминала о той злосчастной встрече с Финном перед домом. Сцена все еще стояла у нее перед глазами, как она ни старалась избавиться от болезненных воспоминаний.

…В тот вечер она так расстроилась, что даже любимое пюре с сосиской застревало у нее в горле. Хэрриет была очень благодарна Марку за его поддержку.

— Извини, — пробормотала она, когда слезинки покатились по ее лицу. Ну вот, разревелась тут… сейчас всю тарелку залью слезами.

Но Марк оказался очень понимающим, добрым и терпеливым. Он внимательно выслушал ее короткую историю. В ответ на извинения Хэрриет он улыбнулся.

— У меня три сестры. Так что привык выслушивать признания о несчастной любви. Да и у самого меня не все бывает гладко в отношениях с моими приятелями, — с усмешкой признался он. — Так что давай, вытри слезы, — он дал ей свой платок. — Подумаем, как помочь твоему горю.

— Хорошо, — Хэрриет шмыгнула носом и слабо улыбнулась ему, хотя в глазах ее все еще стояли слезы. — Но чем же тут поможешь? Особенно, когда этот негодяй живет в моем доме.

Но на Марка это не произвело должного впечатления.

— Не беда. Пока твой бывший друг снимает квартиру, а я уверен, что ты скоро избавишься от него, почему бы тебе не исчезнуть на несколько дней?

Хэрриет в недоумении уставилась на него.

— Как? Уехать?

— А почему нет? Ничего страшного не произойдет, если ты ненадолго уедешь из Лондона. Я бы, например, с удовольствием прикрыл свою галерею на несколько деньков и махнул за город.

— Н-да… наверное, я бы могла съездить домой в Глочестершир, — в задумчивости произнесла она. Строители уже заканчивали работу, да и никаких особо важных дел у нее в Лондоне не было. — Но… как же заявка? Не забывай, вам надо представить заявку на обсуждение комитета как можно раньше.

— Никаких проблем, — беззаботно махнул рукой Марк. — Это я беру на себя. А на случай, если нам с тобой придется держать связь, оставь мне номер своего телефона. Я буду держать тебя в курсе дел.

Когда они уже пили кофе, Хэрриет вдруг поняла, что Марк, в сущности, прав. Живя с Финном в одном доме, она непременно однажды разругается с ним вдрызг. А если и не разругается… Все равно, как сказал Марк: «Зачем тебе мучиться, сталкиваясь с ним каждый день».

Правда, зачем? — подумала Хэрриет. Ее бросало в дрожь при одной мысли о встрече с подчеркнуто холодным Финном. И она решилась.

Вернувшись домой, Хэрриет быстро побросала самое необходимое в чемоданчик. Позвонила родителям и сказала, чтобы они ждали ее к завтраку. Затем завела будильник пораньше, забралась в постель и, усталая, забылась глубоким сном.

Здорово, конечно, гулять на природе, когда кругом тихо, спокойно. Но, как того и опасалась Хэрриет, мать оказалась просто несносной.

Она пришла в ужас, услышав, что Хэрриет рассталась с Джорджем:

— Как ты могла! Он такой милый, разумный, правильный молодой человек, и с достатком! — Миссис Уэнтворт никак не могла успокоиться.