– Тогда говори.

Сатро махнул в сторону телефонной кабины.

– После того, как он оттуда выйдет.

Джонни маленькими глотками потягивал пиво и, запасшись терпением, наблюдал за человеком в кабине. У него начали появляться догадки насчет того, кем был этот субъект.

Его подозрения подтвердились, когда мужчина покинул телефонную кабину и через весь зал направился к ним с Сатро.

– Хочу тебя представляю моему патрону, – сказал Сатро. – Это – Лу Фава.

Фава не протянул руки. Он ухватил своей квадратной лапой, украшенной сверкающим бриллиантом, стул, придвинул его к себе, развернул и уселся верхом, лицом к Джонни и Сатро. Его мутные карие глаза оценивающе уставились на Джонни. В нездоровом костлявом лице тепла было не больше, чем в куске бетона, источенном непогодой. А в голосе звучал металл.

– Итак, ты и есть тот, кого зовут Эдди Марчелло?

– Джонни Марч, – решительно поправил Джонни.

Лу Фава раздраженно отмахнулся.

– Имя не важно совершенно.

– Не для меня; мне оно важно.

– Поосторожнее! Не забывай, с кем говоришь, – прорычал Сатро. – Это тебе не со шпаной глотку драть!

– А я к вам в гости не напрашивался, – заявил Джонни. – Сами пригласили.

Фава кивнул.

– Угу... И вполне может оказаться, что тебе подвернется самый блестящий шанс. На старом месте ты никогда не мог выбраться из дерьма. И кончил тем, что вынужден был оттуда слинять. Сам виноват – нужно было найти себе крышу. Так вот, здесь тебе предоставляется возможность взять реванш. Ты мог бы сделать гигантский шаг и влиться в ряды крепкой организации, способной позаботиться о своих. Если только я дам на это свое согласие.

– Ты хочешь сказать, если даст согласие Макс Виджиланте?

– Это одно и то же. Если я скажу дону Массимо, что ты годишься, он мне поверит на слово.

Джонни прикинул, что пора выказать свой энтузиазм.

– Послушай, ты желаешь знать, интересует ли меня такое предложение? Конечно же, интересует. Кого бы оно не заинтересовало? Только не нужно мне твердить, что я уже потерял слишком много времени и так ничего и не добился. Я и сам это знаю. Но слушай... я себя спрашиваю, а что я мог такого совершить, что удостоился подобных предложений?

– Бен Корнгольд говорит, что тебе можно доверять, и что ты – парень не промах, – заявил Фава. – Джо тоже подтверждает, что ты нам полностью подходишь. А я как раз нуждаюсь в таком человеке.

– Для какой цели?

– У нас тут есть проблема. Я расширил границы нашего района как раз до этих мест между Филадельфией и Ридингом. Начиналось все с прачечных. Это тебе ни о чем не говорит?

Джонни пожал плечами.

– Это бизнес.

Более того, это был тот род легального бизнеса, которой охотно занималась мафия. Они поставляли белье, салфетки, полотенца и прочее в мотели, в рестораны, в бары. Для начала – по демпинговым ценам. Однако как только клиенты начинали от них зависеть, цены сразу вздували до небес. И клиенты быстро понимали, что нужно платить и никому не жаловаться.

– Это занятие приносит отличные доходы, – заметил Фава. – Кроме того, я распространил наше влияние и на другие виды бизнеса. Вначале никто ничего против не имел, никто не дергался. И вот теперь, когда дела пошли, типы из Ридинга внезапно вообразили, что эти места снова должны отойти к ним.

Кое что про это Джонни уже узнал во время предыдущего визита в «Карней таверн». В нем пробудился живейший интерес, и он без колебаний решился рискнуть и постараться разузнать побольше.

– Но банда в Ридинге намного меньше, чем семейство Виджиланте.

– Несомненно, – подтвердил Фава.