– Кому? Леоне?

– Стиву Леоне. Ее мужу.

Джонни отхлебнул пивка, чтобы дать себе немного времени справиться с чувствами.

– Я полагал, они разведены.

– Разумеется, все так и есть. Но это ничего не меняет. – Сатро передернул массивными плечами, расправляя тонкую материю своей кремовой атласной куртки. – Ты ведь знаешь, как это бывает.

– Ну, а как же...

Джонни отвел мрачный взгляд в сторону и стал пристально разглядывать зелень по ту сторону оконного стекла. Густой, плотный жар стекал по листьям и заставлял их сверкать, словно маленькие кусочки серебра плавились в золотом потоке солнечного света.

Да, он знал, как это обычно бывало. Знал задолго до того, как выбрал свой путь в жизни, став солдатом мафии. Мафиози знали, как использовать людей. И не отпускали тех, кто оказался рядом. Окончательно не отпускали никогда.

– Скажи, ты на меня не в обиде? – Сатро устремил на него свой пронзительный взгляд. – Мне нужно было найти способ за тобой приглядывать. Чтобы быть уверенным, что ты не повернешь против меня. И когда ты начал приглашать Лауру в разные места, я попросил Леоне посодействовать...

– Нет, я на тебя не в обиде...

Он тем более ни в чем не винил Лауру. Оказавшись хоть раз замешанным в чем то незаконном, человек привыкает делать то, что от него требуют, – безразлично, нравится ему это или нет. А Лаура оказалась замешанной с того самого момента, как вышла замуж за мафиози. Иногда с этим можно было развязаться; вам просто говорили «чао» и о вас забывали. Вот только если впоследствии вы могли оказаться полезны, память вдруг возвращалась и о вас вспоминали.

Сатро с деланной непринужденностью откинулся на стуле.

– Ну, так расскажи мне. Что же все таки произошло? Вчера вечером Фрэнк Белл специально приезжал с двумя людьми, чтобы с тобой встретиться?

Джонни пытался смотреть на сверкание листочков за окном, но встретился с пытливым и вопрошающим взглядом Джо Сатро.

– А разве Лаура не рассказала?

– Она не поняла всего, что услышала. Но, как мне кажется, ты убрал одного из парней Белла, вместе с ещё каким то типом. Это так?

– Да, все точно, – кивнул Джонни с непроницаемым лицом. Это были Лу Руффо и его кузен из Нью Йорка.

Он не стал уточнять, что один из них на счету Фила Розена. У него сложилось впечатление, что полезнее взять всю ответственность на себя.

И он не ошибся. В голосе Сатро прозвучало восхищение:

– Лучший мастер по части ножа, и с ним ещё отличный стрелок... Я читал сегодня в утренних газетах. Да, ты знаешь толк в таких делах...

– Лишь тогда, когда меня вынуждают. Они напали на меня и попытались увести мою добычу.

Сатро кивнул:

– Так Лаура и говорила.

Он закурил сигару и принялся пускать дымовые кольца, поглядывая, как Джонни доедает гамбургер. Потом, видимо, решился и заговорил:

– Вот что, Джонни. Я хотел бы, чтобы вечером ты встретился с Корнгольдом. Предварительно я с ним поговорю. У меня такое впечатление, что тебя стоит привлечь к тому делу, к которому они сейчас готовятся.

Джонни, запив последний кусок гамбургера глотком пива, спросил:

– Что за дело?

– Все, что я могу сейчас сказать – дело может принести тебе больше, чем ты заработал за всю жизнь. Очень крупное дело, уж ты поверь. Финансирует его сам Фава. И дон Массимо самолично дал согласие на эту затею.

Нескольких секунд Джонни задумчиво молчал, потом заметил:

– Тогда это, должно быть, чертовски крупное дело.

– Тут ты можешь мне поверить, это точно, – говоря это, Сатро щелчком стряхнул пепел с сигары в пустую пивную кружку. – Ну, ладно, а теперь что касается другого нашего дела. Фава очень хотел бы знать, не слыхал ли ты каких либо разговоров на сей счет.