Макс не двигался. Клео почувствовала, как напряглись мускулы его тела.

— Что это значит? — наконец произнес он. Клео с беспокойством наблюдала за ним. Ей показалось, что она ступила на минное поле.

— Я хочу обсудить с тобой нашу общую проблему.

Внезапно тело Макса пришло в движение. Он отбросил в сторону одеяло и сел на краю постели. Он взял трость и поднялся на ноги.

— Ты хочешь сказать, что, если мы не будем делать вещи по-твоему, нашим взаимоотношениям, как ты их называешь, придет конец?

— Макс. — Клео прижала простыню к груди. — Ради Бога, я никогда этого не говорила. Я только сказала, что нам надо разрешить кое-какие проблемы общения.

— Проблемы общения. Наверное, ты хочешь сказать: «Я сомневаюсь, стоит ли выходить за тебя замуж, Макс».

— Не выдумывай, — рассердилась Клео. — У нас просто возникли небольшие трудности во взаимопонимании.

— Хватит угощать меня расхожими теориями о духовном общении. — Макс гневно взглянул на нее. — Давай сразу перейдем к главному.

— Да нет ничего главного. — Клео была озадачена его реакцией. — Я просто хочу тебе сказать, что не собираюсь покорно подчиняться и позволять тебе командовать семьей и всем остальным. Боже мой, неудивительно, что Кимберли боялась посадить тебя в правление. Она знает, дай тебе только палец, так ты отхватишь всю руку.

Макс вздрогнул, как будто получил пощечину. Он с силой сжал трость.

— Так вот в чем ты меня подозреваешь? Что я хочу завладеть твоей семьей и твоей гостиницей?

Клео пришла в ужас.

— Нет, нет. — Она встала на колени на кровати. — Макс ты ничего не понимаешь.

— Вот как? Чего же я не понимаю? Мне лично все ясно. Ты считаешь, я всем хочу завладеть, и, если я не стану делать все по-твоему, ты не выйдешь за меня замуж. Может, я что-нибудь еще недопонял?

— Я хочу выйти за тебя замуж. Перестань мне навязывать свои слова! — Клео взорвалась. — Скажи наконец, в чем загвоздка? Почему ты не хочешь, чтобы я присутствовала при разговоре со Спарком?

— Потому что не хочу и все тут. Это для тебя достаточная причина?

— Нет, черт возьми.

Макс подошел к окну и посмотрел в темноту.

— Это мое единственное объяснение, другого не будет. Если тебе его мало, можешь действовать самостоятельно.

Печаль в его голосе потрясла Клео. Его холодная отчужденность терзала ее сердце. Сколько раз в жизни, вспомнила она, другие принимали за него решение, и Макс отправлялся в путь, чтобы найти пристанище в следующей приемной семье.

Клео вскрикнула, как от глубокой боли, равной его собственной, вскочила с кровати и подбежала к Максу. Она обхватила его руками и прислонила голову к его обнаженной груди.

— Макс, у меня есть для тебя новость. Прошлое больше не повторится.

Он осторожно притронулся к ее волосам.

— Что ты хочешь сказать?

Клео подняла голову и посмотрела ему в глаза. Она взяла в руки его упрямое лицо.

— Тебя не выгонят из этой семьи только потому, что ты иногда упираешься как осел и имеешь склонность всем командовать.

— Это правда?

Он вглядывался в ее лицо с мрачной покорностью судьбе и одновременно крошечным проблеском надежды.

— Да. — Клео приподнялась на цыпочки и поцеловала его в губы. — Ты теперь один из нас.