– Если нам повезет, – продолжил инженер, – больше «Генукс-Б» таких фортелей выкидывать не будет. Если мы найдем неполадку, устраним ее навсегда. Прежде чем она проявится у остальных семи «Генуксов» в других странах.

– А вы уверены, – не сдавался Стаффорд, – что нападения нет?

Даже если «Генукс-Б» ошибся оба предыдущих раза, он все равно теоретически может оказаться прав сейчас.

– Если на нас и собирается кто-то напасть, – ответил сидящий рядом сотрудник, – никаких признаков готовящегося удара не наблюдается, по крайней мере, по человеческим каналам сбора информации. Хотя, надо признать, логически вероятность правоты «Генукса-Б» не исключена. В конце концов, как он указывает…

– Может быть, вы не видите признаков, поскольку АИЮА уже так долго с нами враждует, что мы привыкли и не обращаем внимания?

– Нет, Ассоциация истинных южноафриканцев тут ни при чем, – отрывисто произнес агент. – Как раз будь это она, мы бы не насторожились. Не стали бы проводить проверки, расспрашивать уцелевших в израильской и французской войнах и остальных операциях Штатов.

– Угроза исходит из Северной Калифорнии. – Инженер поморщился. – Даже не всей Калифорнии, а района близ Писмо-Бич.

Стаффорд смотрел на них в недоумении.

– Да-да, – подтвердил другой агент. – Цель массированного удара, для которого «Генукс-Б» поднимал бомбардировщики и боевые спутники, – район Сакраменто, штат Калифорния.

– А вы узнавали у него почему? – спросил Стаффорд инженера.

– Конечно. Точнее, мы велели ему подробно расписать, что именно замыслил «враг».

– Расскажите мистеру Стаффорду, – протянул сотрудник, – за какие такие страшные намерения Северную Калифорнию предполагалось стереть с лица земли точечными ударами, если бы мы не застопорили эту адскую машину.

– Один человек, – откликнулся инженер, – поставил в Кастро-Вэлли сеть автоматов, торгующих жвачкой. Ну, знаете, такие прозрачные автоматы у входа в супермаркет. Ребенок опускает монетку и получает шарик жвачки, иногда еще какую-нибудь безделушку в придачу: колечко или брелок. По-разному. Вот. Это и есть стратегическая цель.

– Шутите! – не поверил Стаффорд.

– Истинная правда. Предпринимателя зовут Герб Суза. Сейчас у него шестьдесят четыре действующих автомата, планирует расширяться дальше.

– Я имею в виду, – выдавил Стаффорд, – что вы меня разыгрываете насчет реакции «Генукса-Б» на эти данные.

– Реакцию вызвали не эти данные как таковые, – уточнил сидящий рядом агент. – Мы связались с Израилем и Францией – в этих странах никаких автоматов со жвачкой, арахисом в шоколаде и прочей съедобной мелочью, принадлежащих торговцу Гербу Сузе, не значится. И наоборот, в Чили и в Великобритании Герб Суза владеет подобными сетями уже два десятка лет, однако «Генукс-Б» до сих пор ими не заинтересовался.

– Этакий Джонни Эпплсид, только со жвачкой, – усмехнулся инженер. – Засевает мир, устанавливая свои автоматы у каждой бензоколонки.

Флаппер начал снижаться над обширным комплексом светящихся внизу правительственных зданий.

– Возможно, провоцирующий фактор, – продолжил инженер, – следует искать в ингредиентах продаваемой через автоматы продукции.