И тут Леонфорте сделал то, что человек с Фениксом никак не мог ожидать. Не обращая внимания на пистолет, он рванулся ему навстречу, ухватил его за голову, нагнул ее и ударил в лицо коленом. Хрящи размозженного носа мафиози смачно хрустнули, пистолет выпал из рук, Мик отфутболил оружие в канаву, одновременно ударив лысого ребром ладони в нервный узел за ухом. Человек с Фениксом как подкошенный рухнул на мостовую. Леонфорте одной ногой наступил ему на плечо, другой на шею, резко нажал пяткой, услышал хруст ломающегося позвоночника, повернулся и побежал через улицу к белому «мерседесу». Икудзо уже скрылся в машине и, включив подъемник, закрыл стекла. Он попытался было запустить двигатель, но Мик локтем высадил боковое стекло. Когда град осколков обрушился на Икудзо, тот закричал, а Мик схватил толстяка, вытащил из окна «мерседеса» и небрежно выбил у него из рук маленький пистолет.

— Значит, говоришь, я итеки? — спросил Леонфорте, нанося Икудзо парализующий удар между глаз. — Какая жалость. Этот итеки прикончит тебя.

Используя ударный кинжал, он сделал первый ритуальный надрез, как учили его в племени Нанг. Теперь спешить было некуда. Улица была безлюдна. Только сам город был молчаливым свидетелем его мести.

Он извлек сердце, печень, селезенку Икудзо и бросил окровавленное тело на белоснежный кузов, по которому растеклись струйки черной крови. Мик взял селезенку, с помощью лезвия кинжала разжал челюсти главы металлургической кайрецу и засунул ее в рот толстяка.

— Ты хорошо придумал насчет того, чтобы подать пример, — сказал он. — Только выбрал не ту жертву.

Через десять минут Мик подошел к своему автомобилю, — он никогда не оставлял его рядом с клубом, который контролировал, — положил органы тела толстяка перед собой и припал к земле, как это не раз делал в джунглях Вьетнама и Лаоса. Потом очень тщательно обтер руки и взял сотовый телефон.

Джи Чи поднял трубку после первого звонка и молча выслушал рассказ Мика о случившемся.

— Я хочу, чтобы ты, как обычно, избавился от двух трупов лежащих на улице.

— Только от двух?

— Да, — резко ответил Мик. — Тот, который на «мерседесе», оставь. Это будет знаком, что я объявляю войну.

В Саут-Бич, в немалой степени благодаря наплыву всемирно известных модельеров и моделей, которые, в свою очередь, привлекали богатых латиноамериканцев и пресыщенных европейцев, вернулась прежняя великолепная пестрота тридцатых и сороковых годов. Рядом с реставрированными строениями того времени вырастали все новые и новые. Не далее чем в квартале от того места, где сидел Кроукер, находилась шикарная вилла в европейском стиле, принадлежащая Джанни Версаче. В ее воротах, доставленных прямо из Италии, всегда стояла усиленная охрана.

Мимо детектива, громыхая стереосистемой, медленно проехала огненно-красная спортивная машина. Сидящие внутри два молодых мускулистых блондина то и дело останавливались, стараясь не пропустить мимо себя ни одной особы женского пола. Вслед за ними на мотоциклах появились трое сурового вида юнцов.

Сотовый телефон Кроукера подал сигнал.

— Надеюсь, черт побери, что ты и Веспер не упустили Бэда Клэмса из виду. — Это говорил Вед Форрест, сотрудник Антимонопольного отдела, на который работал Лью. — Иначе мы все окажемся по уши в дерьме.

Детектив весь внутренне собрался и насторожился. С минуты на минуту он ожидал появления Веспер и Чезаре Леонфорте. Сегодня рано утром, выйдя из своего отеля на авеню Вашингтон, Лью поехал прямо к белому особняку Бэда Клэмса.