Пол попытался взять себя в руки и спросил:

— Ты не лжешь мне, девочка?

— Нет.

И по этому односложному ответу он почувствовал, что сейчас Фрэнси говорит правду, а вчера в самолете врала.

— Боже мой! — выдохнул он.

— Ты хочешь снова увидеть ее? — прошептала Фрэнси. — Хочешь поговорить с ней?

— Больше всего на свете! — Пол должен был бы возненавидеть себя за этот вырвавшийся у него ответ, но чувствовал только такой сильный прилив восторга, что его ледяные пальцы сразу же потеплели.

— Ты можешь это сделать, — все еще шепотом сказала Фрэнси. — Я приведу тебя к ней. Но ты должен вытащить нас отсюда. Меня и мать.

Это и было его судьбой, той дорогой, по которой он зашел уже слишком далеко. В тот момент, когда Фрэнси произнесла имя Джеки, он уже знал, что она потребует взамен. Эта девочка была слишком умна, чтобы требовать чего-либо другого. И самое ужасное было в том, что он знал: она выполнит свое обещание, видел это в ее глазах, чувствовал всеми фибрами своей души. Она хотела помочь ему, и, как не тяжело было ему это сознавать, он тоже хотел ей помочь. Пол понимал, что это может стоить ему жизни. Но, видит Бог, он все сделает с радостью.

Медленно, как во сне, он благодарно стиснул руки девушки. Молчаливый договор был заключен. И это его пугало.

Николас любил саке, и компьютерная программа помогала найти сорт, более всего отвечающий его вкусу.

Неожиданно на экран дисплея легла тень, и женщина обнаружила, что смотрит в лицо Мика Леонфорте, который возник как будто ниоткуда, из темного и забытого уголка ее сознания.

— Привет, Коуи, — сказал он. — Как приятно было наткнуться здесь на тебя. — Это было сказано тем тоном, который она хорошо изучила во время их совместного проживания — когда она была печальна и полна жалости к себе, а он полон неистовства и разнообразных, приводивших ее в смущение предложений насчет их сексуальных совокуплений. Тоном, который дал ей понять, что это было не совпадение и что он совсем не удивлен этой встречей.

Снаружи, по мокрым от дождя улицам, двигались тысячи людей под зонтиками. Коуи почувствовала, как что-то дрогнуло внутри нее, отделенной от движущейся толпы этим злобным животным, так хорошо ей знакомым.

Он улыбнулся, как мальчишка, собирающийся на прогулку.

— Ты не рада видеть меня? Ведь прошло столько времени с той поры, как мы жили вместе, с той поры, как ты прячешься от меня. — Мик посмотрел на Коуи каким-то загадочным взглядом, почти грустным, но не совсем понятным, потому что свет, падающий сверху, странным образом изменял черты его лица. — Почему ты теперь передумала?

Коуи машинально оглянулась вокруг, чтобы посмотреть, нет ли кого-нибудь рядом. Людей поблизости было много, но никто не обращал на них ни малейшего внимания. Мик, настроение которого то и дело менялось, рассмеялся.

— Ты ведь не боишься, нет? — Он развел руками. — А почему ты, собственно говоря, должна бояться? Только потому, что должна была выйти за меня замуж и не сделала этого? Если мне не изменяет память, ты пошла к Микио Оками, и он спрятал тебя в таком месте, где я не смог тебя отыскать. — Он потянулся к ней своей сильной рукой, и она отпрянула. Мику это понравилось. — Ты знаешь, а ведь я пытался отыскать тебя. Использовал все средства — в поисках информации доставил массу неприятностей многим людям. И что я получил за все свои труды? Ни черта.