— Я знаю, к кому он пошел, — сказал прокурор. — К Тецуо Акинаге.

— Вы уверены?

Танака Джин кивнул:

— Я изучил биографию Акинаги и состояние его дел. Он владеет многими заведениями, и по большей части под прикрытием подставных лиц и компаний. Года три назад одна из таких подставных компаний попала в поле нашего зрения. Казалось, в ней не было ничего особенного, но я копнул чуть глубже и выяснил, что Акинага с ее помощью скупал квартиры по всему городу. Время от времени он пользовался этими квартирами, и та, куда пошел этот молодой человек, одна из них.

— Так значит, я был прав, когда не доверял ему, — сказал Николас. — Он работает на Акинагу.

— Похоже, что так, — ответил Танака Джин.

Линнер покачал головой:

— И как только ему удалось одурачить Нанги-сан? Ведь он такой знаток человеческих душ.

— Ну не так-то уж это и плохо. По крайней мере, вы знаете теперь врага в лицо, — сказал прокурор.

— Вы имеете в виду лица. — Николас посмотрел на Танаку Джина. — Сдается мне, мой друг, у нас не один, а много врагов.

Следуя информации, полученной от Микио Оками, Линнер и прокурор свернули на одну из боковых улочек. Окна домов были ярко освещены. Люди занимались домашними делами, светились экраны телевизоров, вокруг которых сидели, ужиная, люди и слушали последние известия, а может быть, смотрели одну из тех глупых шоу-игр, где каждый игрок был готов бесконечно унижаться перед десятимиллионной зрительской аудиторией.

Это была самая обычная во всех отношениях улица, похожая на тысячи других в городе, и Танака Джин почувствовал мимолетный, но ощутимый укол боли. Ведь такой могла быть и его жизнь — небольшая квартирка на тихой боковой улочке, жена и двое детей, ежедневные домашние обеды, поездки на природу по выходным, два отпуска в год — катание на лыжах на Хоккайдо, солнечные пляжи на Гавайях, сбережения, предназначенные для образования детей. Все просто, аккуратно, удобно. Неожиданно его прошиб холодный пот. Он подумал, что, наверное, животные, сидя в своих клетках в зоопарке, испытывают такое же чувство, как эти люди.

Они добрались до нужного им дома и нажали на кнопку звонка, ниже которой было написано аккуратными буквами: Дж. Канагава. Хозяин оказался приятным на вид джентльменом лет за шестьдесят с серебристо-седыми волосами и усами, круглым лицом и приземистой крепкой фигурой. Обменявшись приветствиями с гостями, он представил их жене и двенадцатилетнему внуку, гостившему у деда, а затем провел Линнера и прокурора в свои кабинет.

Квартира оказалась больше, чем предполагал Танака Джин, — три спальни, обставленные дорогой мебелью, плюс еще одна комната, которую Канагава превратил в своего рода святилище. Жена хозяина дома подала им зеленый чай с соевыми конфетами и удалилась так же неслышно, как и вошла. За стенами кабинета, окрашенными в приятный серо-зеленый цвет, слышался приглушенный голос диктора телевидения.

Кабинет Канагавы был заставлен книгами, а стены увешаны дипломами и наградными грамотами Токийского университета, самого престижного учебного заведения во всей стране. Тут же висели фотографии самого Канагавы и прочих сановников и важных персон. Танака Джин узнал некоторых из них — бывших премьер-министров, нового императора.

Они уселись и выпили чаю. После традиционного обмена любезностями Канагава обратился к гостям:

— По телефону вы сказали, что хотите со мной срочно поговорить по важному вопросу.