– Очень рада познакомиться, – произнесла она со всем дружелюбием, на какое только была способна.

– Мы тоже очень рады, – сказал Джон, осторожно пожимая ее протянутую руку. Затем он хлопнул Гейба по плечу. – Привет, младшенький!

– Здорово, старик, – расплылся тот в улыбке, после чего они обнялись.

– Очень рада, – в свою очередь произнесла Хенни, заключая Эсти в нежные объятия.

Эсти ощутила прикосновение огромного живота, а когда отстранилась, ее взгляд сам собой устремился на него.

– В марте, – сказала Хенни.

Эсти недоуменно посмотрела на нее.

– Что?

В следующее мгновение она сообразила, что Хенни говорит о родах. Вероятно, это было первое, о чем ту спрашивали в последнее время, поэтому, предвидя вопрос, она ответила сразу.

– А, понятно… – протянула Эсти и улыбнулась. – Желаю, чтобы все прошло благополучно.

– Спасибо. Надеюсь, ничего непредвиденного не случится, все будет как всегда. – Хенни взглянула на мужа. – Джон поможет мне. Раньше мы справлялись прекрасно, думаю, справимся и на этот раз.

Не успела Эсти переварить новую порцию информации, как рядом раздалось:

– Хенни у нас большой оригинал: врачам не доверяет, рожает дома, в ванне. Уверена, что лучше всего это делать в воде.

Повернувшись, Эсти увидела молодую женщину – темноволосую, коротко стриженную, в синих джинсах и розовом кашемировом свитере. В ней тоже ощущалась принадлежность к роду Филби – нечто такое присутствовало в чертах лица, фигуре, выражении глаз.

Наверное, это и есть кузина Гейба, поняла Эсти.

В ту же минуту Гейб произнес:

– Дорогая, познакомься с Доррис, моей самой любимой двоюродной сестрой.

– Самой любимой? – сморщила лоб Доррис. – Разве у тебя есть еще какие-то двоюродные сестры?

– Нет, – рассмеялся Гейб, притягивая Доррис к себе и чмокая в щеку. – Других нет, именно по этой причине ты самая любимая.

– Ах ты… – Не договорив, Доррис тоже поцеловала Гейба.

Затем она повернулась к Эсти, которая с улыбкой сделала шаг вперед. Они слегка обнялись, два раза поочередно соприкоснувшись щеками.

– Очень рада, – сказала Эсти. Улыбнувшись в ответ, Доррис произнесла:

– А это Уилл.

Только сейчас Эсти заметила стоявшего позади всех долговязого, спортивного вида парня, как ей показалось, лет на пять моложе самой Доррис.

– Иди сюда, – позвала та, после чего Уилл приблизился и обменялся вежливым рукопожатием сначала с Эсти, потом с Гейбом.

Гейб спросил его о чем-то, и, пока они беседовали, Эсти обратилась к Доррис:

– Я что-то не поняла про роды в ванне. Это шутка?

Доррис лукаво ухмыльнулась, затем подмигнула загадочно заулыбавшейся Хенни.

– Какое там! Серьезнее некуда. Видишь этих малышей, – кивнула она на Джонни и Мэри-Энн, которые, оставшись без внимания взрослых, взялись за руки и устроили нечто вроде хоровода. – Оба родились в этом самом доме, в ванне.

У Эсти округлились глаза.

– В ванне? – Она все не могла поверить, что ее не разыгрывают.

– Я бы предпочла рожать в море, – невозмутимо произнесла Хенни, легонько поглаживая живот ладонью. – Но где же найдешь такой уголок, где бы не было посторонних? И потом, вода должна быть достаточно теплой, чтобы младенец не простудился и не испытал потрясения, попав из комфортной среды в чужую и неприятную.

– Снова ты за свое! – поморщилась Доррис, насмешливо взглянув на Хенни. Потом она повернулась к Эсти. – То же самое она делает даже на улице или в магазине.