Высокий здоровяк в обтягивающей его плотную фигуру немецкой полевой форме вермахта протянул помятую фуражку своему непосредственному командиру, капитану Леманну.

— Вы уверены, фельдфебель?

— Так точно. Тут на внутренней стороне инициалы. Бауэр говорит, что тут были раненые. Русские, конечно, прибрали за собой, но мы нашли ямку, где они закопали перевязочные бинты и… похоже, тут была операция, мы нашли поврежденные ткани.

— Что? Говорите яснее, Нойманн, — поморщился сидевший на упавшем дереве капитан.

— Похоже, из кого-то вырезали кусок мяса. Мерзкое зрелище, герр гауптман.

— Видимо, для этого им и был нужен майор Зорге.

— Я тоже так думаю. А раз у них тяжелый, то есть шанс перехватить. Герр капитан, вы уже связались с постами фельджандармерии?

— Да. Ни через один пост грузовик без тента не проезжал. Значит, они… — Капитан Леманн достал циркуль из чехла и прочертил небольшой круг на карте: —…где-то здесь.

— Двадцать километров по окружности, — кивнул присевший рядом фельдфебель.

В это время к ним подошел один из лейтенантов роты Леманна.

— Только что сообщила фельджандармерия. Грузовик обнаружен в лесу у села Пшенки.

Прочертив офицерской линейкой полосу от поляны до села Пшенка, капитан задумчиво сказал:

— К Бресту идут. Такими темпами скоро они пересекут границу. Роту по машинам, выезжаем. Предупредите эти две комендатуры, что мы отожмем их сюда. Пусть не вмешиваются. — Капитан потыкал острием карандаша в нужные места. Ломать язык, выговаривая польские названия сел, он не собирался.

— Есть. Вы думаете, они вот тут?

— Уверен. Слева от дороги идут. Не самое удобное место, но это для них к лучшему. Никто не подумает, что они вот так в открытую пойдут.

— Вечереет, скоро стемнеет. Возьмем? — поинтересовался замкомандира роты обер-лейтенант Кох.

— Сомневаюсь, но попробовать стоит. Выезжаем.

— К болоту гонят, — запыхавшись, пробормотала Аля. В трех метрах от нас, с оружием на изготовку, шли офицеры во главе с Нахимовым.

Противно взвизгнув в полете, метрах в пятидесяти от нас упала мина, выбросив комья торфа. Минометный обстрел продолжался уже десять минут и изрядно нервировал, хотя и били немцы не точно. Явно наугад.

— Угу. Главное, что в нужную нам сторону.

С той минуты, как мы бросили внезапно заглохший грузовик, прошло больше часа. Вечер стремительно вступал в свои права, так что шанс уйти становился не таким призрачным, как я думал.

Перестрелка вдали то стихала, то начиналась вновь.

— Лобанов там что, Третью мировую решил начать? Договорились же, пугнет и догоняет нас, — недовольно проворчал я, помогая девушке перебраться через ствол поваленной ели.

После чего стал помогать четырем бойцам, которые несли носилки. Офицеры с адмиралом были в охранении. Зорге под охраной штурмана шел рядом с носилками. Кстати, работали царские офицеры хоть и с огоньком, но не очень ловко. Сказывалось отсутствие опыта, что успели подсмотреть у разведчиков, то и копировали. Хорошо еще, что Андрей взял их под свое командование.

Хоть немного растолковал воинские премудрости разведки, или пластунов, как они раньше назывались.

— Дорога. Черт! Местный! — зло прошипел я, заметив, как какой-то мужичок, стоя на козлах, нахлестывает лошадь длинным хлыстом.

— Поляк местный, — ответил на мой вопросительный взгляд один из бойцов, шедший впереди. Лобанов, уходя, забрал с собой всего троих, остальные шли в группе. Кто проверял дорогу впереди, кто нес носилки, кто шел боковыми дозорами. Людей не хватало. Этот боец был старшим сержантом и командовал в отсутствие капитана Лобанова и его зама.