Пока было время, я расспросил Зорге о раненых и, отмахнувшись от его требований отпустить его, напомнил, что ничего подобного не обещал, только дал слово, что он останется в живых.

— Аль?

— Да?

— Отойдем, поговорить надо, а то мы за весь день словом обмолвиться не успели.

— Хорошо.

Отойдя от машины чуть в сторону, я спросил:

— Что думаешь о наших шансах прорваться к своим?

— Намекаешь на «объект»?

— Да. Слышала, как Лобанов докладывал об обстановке на передовой? С ранеными шансов перейти на своих двоих отсутствуют напрочь. Там идут сплошные бои, немцы стоят тремя-четырьмя эшелонами, и преодолеть их… сама понимаешь, невозможно, — пробормотал я, задумчиво потирая затылок ладонью.

— Но портал тоже лучше исключить. Приведем еще кого-нибудь за собой. Да и на той стороне нас наверняка ждут, — достаточно твердо ответила девушка.

— Это верно, но там вроде как свои, может, и договоримся как-нибудь. Понимаешь, я думаю, лучше оставить Аномалию на крайний случай.

— А сейчас что решил?

— Хочу напрячь Лобанова на поиски радиостанции. Это уже реальный шанс на переход.

— Ты прав, нужно попробовать, — вздохнула она и тихо прошептала: — Ты забыл сегодня поцеловать меня.

— Ушли? — поинтересовался обер-лейтенант Кох у капитана Леманна.

— Им повезло. Воспользовались заминкой, возникшей при охвате. Нам не успели доложить, что ближайший автомобильный мост был вчера сожжен, и подразделению обер-лейтенанта Рихтера пришлось искать объездной путь. По словам местных жителей, они захватили автомашину местного бюргера и буквально на мгновение разминулись с Рихтером.

Офицеры собрались у машин и, наблюдая за погрузкой солдат, обсуждали дальнейшие планы. Из-за обстановки на фронте — несмотря на победные донесения, которые шли из штабов армий — усиления им не давали, так что приходилось работать своими силами.

Задумчиво рассматривая карту, Леманн поинтересовался у своих подчиненных:

— Что бы вы сделали, если бы по вашим следам шла погоня, а вы были бы связаны по рукам и ногам ранеными?

— К бродам и мостам они, конечно, не сунутся… — задумчиво пробормотал фельдфебель, которого допустили к совещанию в основном благодаря огромному боевому опыту.

— Будут искать место, где можно переправиться через Буг, — согласно кивнул лейтенант Кениг, командир третьего взвода охранной роты Леманна.

— Именно. Поэтому выставляем парные посты по всей протяженности бывшей границы от этого моста до этого брода, — поставил метки на карте Леманн.

— На какой стороне? Западной?

— Да. Чтобы их разделяла вода и наши солдаты, если заметят русских, не дали им переправиться.

— Людей не хватит, протяженность большая, — прикинул расстояние Кох.

— Знаю. Придется поднимать комендатуры ближайших сел. Именно они и займут посты, а мы будем на усилении. В случае обнаружения реагируем по обстановке.

— Герр гауптман? — окликнули Леманна от штабной машины, привлекавшей к себе внимание большой антенной.

— Да?

— Только что поступило сообщение. В Брест пришел эшелон с двумя ротами литовских ополченцев. В штабе их отдали нам на усиление.

— Отлично, — обрадовался Леманн. — Свяжитесь с их командиром. Пусть выдвигаются к деревне Сосновка.

Подминая камыши, грузовик на небольшой скорости двигался к близкой реке.

— Сейчас завязнем, топко. Тяжело идет, — пробормотал я.