Лео покинул нас еще раньше, с четким условием встретиться в обозначенном месте на Изнанке. Называлась локация Шепчущим пляжем. Я, если честно, не знал где он. Но у меня имелся Компас, так что особых сложностей не должно было возникнуть.

Возвращаться со Скугги я решил сразу в Выборг, чтобы забыть Питер как страшный сон. Нет, так думать, конечно, несправедливо. Сам город ни в чем не виноват и раньше вообще ассоциировался у меня с бурным и веселым студенчеством. Однако с недавних пор он окрасился в мрачные тона и получил зловещий флер постоянно надвигающейся смерти. Думаю, лучше будет дружить с Северной столицей на расстоянии. Как и с ее обитателями.

А чтобы сразу прыгнуть в Выборг — имелась пару серьезных нюансов. Надо было перевезти нечисть. И вот тут возникало сразу несколько «но». Черт и Лихо могли поехать хоть на автобусе. Тем более теперь Юния очень сильно походила на обычную женщину, пусть и после гражданской войны на Ближнем Востоке. А вот бес, как существо привязанное к обители хозяина, путешествовать на далекие расстояния не мог.

Нет, чтобы спрятаться на чердаке от моего праведного гнева — это пожалуйста. Добраться с Васьки до Адмиралтейского — еще куда ни шло. А вот свободно путешествовать по стране вне артефакта — уж извините.

Я попытался было аргументированно напомнить о бесовском шабаше, на что Гриша заявил, что это другое. Когда бесы собираются вместе, то будто делятся промыслом. Так можно хоть седьмицу бухать. Простите, обсуждать новости и обмениваться опытом.

Так и пришлось упаковывать его в сапог и выдать Митьке практически под роспись. Тот, кстати, был тоже не в восторге от самостоятельного путешествия. В смысле, «без дяденьки». Может, и у чертей имелись какие-то свои заморочки с перемещениями. Но Митя про них не сказал. Лихо же уверила, что все пройдет нормально, и она за нечистью присмотрит.

— Сапог какой неудобный, — ворчал Гриша на руках у черта. — Каблук высоченный и колодка изогнута, шею сломишь. Орудие пыток, а не обувь. Ты где эту страхолюдину достал, хозяин?

— Спасибо сказал бы, что я тебе свои сапоги отдаю! — возмутилась приспешница. — А он еще рожу воротит.

— Я же так, по глупости, Алена Николаевна. Не думал, что ваши.

— Мог бы и догадаться. Где мне еще сапоги такие было взять? — удивился я. — Вы лучше давайте прощаться, вон машина приехала.

После долгих колебаний, я решил разориться на такси. Причем, не на обычный эконом, а на комфорт. Просто представил, как какой-нибудь подвыпивший пассажир или похмельный товарищ в автобусе начнет тыкать в Митю пальцем и орать во все горло. В моих планах было незаметно вывезти нечисть из города, а не наоборот.

— Юничка, помни, что я тебе говорила, — обняла Алена Лихо. И, к моему удивлению, та не только не стала сопротивляться, но в ответ положила руки на плечи приспешницы. — Я там тебе собрала всякую уходовую косметику.

Она кивнула в сторону небольшого дорожного саквояжа, который заказала пока я отдыхал после посещения Башни Грифона. А потом еще что-то прошептала на ухо Юнии. И обе они рассмеялись.

Признаться, это стало для меня неожиданностью. Нет, Лихо и раньше проявляла эмоции, она не холодный чурбан, которым еще совсем недавно был Лео. Но никогда прежде я не видел, как Юния смеется. Точнее даже — обновленная Юния.

Получилось так естественно, что я невольно залюбовался. Всегда интересно, когда человек раскрывается с необычной стороны. Даже если он не вполне человек.

Вот только что-то вдруг неприятно сдавило сердце и заныло под левой лопаткой. Очень необычное чувство, какого я раньше не испытывал.