Прямо у неё за спиной висела камера Александра. С неменьшим интересом он тоже смотрел по сторонам и старался подметить все перемены, которые затронули мир по прошествии более чем двадцати лет после катастрофы и масштабной перестройки…

Глава 15. После катастрофы

С великой катастрофы прошло совсем немного времени, всего лишь двадцать с чем-то лет, хотя обыкновенно Александр проматывал по меньшей мере пятьдесят прежде чем взяться за очередной осмотр. С его точки зрения это был минимальный возможный промежуток, за который могли произойти существенные перемены. Сейчас, однако, его серьёзно поджимали назначенные пластиной сроки. Ему нужно было более внимательно следить за всем происходящим, причём не просто наблюдая со стороны, но и задавая вектор для наиболее благоприятного развития событий.

Для этого можно было использовать свои… Или чужие руки.

Мужчина закрепил камеру за спиной наместницы Миры, и вместе они стали осматриваться. Белая императрица парила среди громыхающих туч. Во все стороны, до самого горизонта, простиралось бушующее море. Ветер поднимал высокие волны и разбрасывался капельками воды. Некоторые из них были размером как небольшие жемчужины.

Мира огляделась и устремилась на северо-запад. Её скорость была невероятной, она казалась белой молнией, которая проносится над бушующим океаном. Тем не менее, последний тоже оказался чрезвычайно широким. Мира пролетела пятьдесят километров, сотню, две сотни… За всё это время ей не попалось ни одного клочка земли. В какой-то момент женщина нахмурилась. Разве мир всегда был таким… Большим?

Она задумалась и пришла к выводу, что, наверное, катастрофа не просто изменила облик её родины, но также неким образом расширила её границы. Теперь мир, её мир — она имела полное право называть его своим — сделался намного больше. Делать было нечего. Женщина ещё немного ускорилась, и спустя двадцать минут заметила каменистые скалы, которые возвышались из бушующей пучины. Ещё пара дюжин километров, и перед ней нарисовался среднего размера остров.

Время было ночное. На его неровной поверхности, обильно изрытой утёсами, прерываемыми единственной тонкой линией песочка, сгущался мрак. Тут и там извивались чёрные руины. Среди них, если хорошенько присмотреться, можно было разобрать деревянные лачужки, окна которых горели светом.

Мира зависла над берегом, осмотрелась и спикировала вниз. Её дух прошёл через плотные стены особенно высокого здания, которое явно было построено ещё во времена до катастрофы.

Это был храм.

Храм Великого Белого Духа.

Своды строения были укрыты мрачной завесой, в то время как на земле сиял тёплый, хотя и тусклый свет. Его источником были две смоляные лампы, подвешенные на крылья каменной птицы, вырезанной в передней стене зала, и две дюжины свечей из китового жира, которые усеивали пол. Их сияние падало на лица эльфов, закутанных в лохмотья и накрытых одеялами. То и дело их кашель трепетал огненными язычками, и тогда по всему помещению начинали бегать зашуганные тени.

Время от времени среди больных прохаживал молодой эльф с серыми волосами, зачёсанными за уши, и светлым лицом. Это был местный священник и по совместительству единственный на острове врач. С древнейших времён служителям храма Великого Белого Духа предписывалось знать две науки — картографию и медицину, ибо они, согласно легендам, были открыты первым Наместником Нара.

Звали местного священника Фарман. На протяжении двадцати минут он осматривал больных, время от времени давая самым бледным из них травяные настойки, после чего прошёлся к дверце в противоположном конце зала, бросил последний взгляд на свою паству, печально вздохнул и уединился в небольшой келье.