— Любите читать? — весело спросил ее Алексей Аркадьевич.

— Люблю получать точную информацию, — ответила Саша. — Почему-то здесь состав напитка не обнародован. И количество градусов. Это ведь пиво?

— Скорее коктейль, — задумчиво проговорил жених Нины Павловны. — Крепость небольшая, а состав… Похоже на кофе с лимоном.

— Да? — удивленно протянула Саша и решилась сковырнуть замок на крышке. Банка сухо щелкнула, из образовавшегося отверстия пыхнул дымок, а в нос ударил довольно приятный аромат.

— Пейте-пейте, — рассмеялся Алексей Аркадьевич. — Потом потребуете, чтобы я вам еще принес.

Саша храбро сделала глоток, и ей показалось, что в коктейле кроме кофе с лимоном присутствует еще и что-то молочное. Но вкус был действительно приятным. Она не заметила, как выпила целую банку, а ноги сами привели ее к столу с бесплатной раздачей. О проблеме разношерстности публики она отчего-то думать перестала. И забыла спросить, как мама Алены и ее жених оказались на концерте…

— Вот это мужик! — орал Лапшин над самым ее ухом и прихлопывал рукой по колену. — Давай, Вася!

Неподалеку от них стояли обнявшись, как подростки, и подпевали исполнителям Нина Павловна и Алексей Аркадьевич. Саша не осуждала их. Она и сама с удовольствием повторяла припев песни и была готова крикнуть: «Давай, Вася!»

Василий Петрович Чуткий в свете софитов был еще привлекательнее, чем в обычной обстановке. Уверенная осанка и голливудская улыбка вкупе с раскованной пластикой и приятным голосом превращали его в настоящего любимца публики. «Харизма, — подумалось Саше. — Вот это и называется харизма. Он чертовски обаятельный мужик!»

— Ну что, будем с ним работать? — скосив на нее глаз, спросил Лапшин, перекрикивая музыку и голоса в зале. — Какова фактура, а?

Саша допела последние слова куплета, кивнула, и только после этого до нее дошел смысл вопроса.

— Фактура… — пробормотала она и неопределенно махнула рукой.

— Сашка, ты как пьяная! — рассмеялся Лапшин.

— Да, возможно… — согласилась она. — Но ответить на твой вопрос я пока не могу.

— На какой вопрос? — удивился Сашка.

— Насчет работы с ним.

— Так мужик же нормальный!

— Слушай, — сказала она, — а ты нашел своего Щеглова?..

— Щеглова? А зачем он мне?

Тут песня закончилась, и зал взорвался ором, топотом, свистом и рукоплесканиями. Лапшин тоже подпрыгнул было, но тут же вернулся в нормальное положение и внимательно и вполне трезво посмотрел на Александру.

— Саша, тебя это действительно интересует? — громким шепотом проговорил он ей в самое ухо. — Два часа прошло, и ты меня только сейчас спрашиваешь, нашел ли я Щеглова.

— А если бы не спросила, ты бы мне так и не сказал?! — прорычала она, отчасти потому, что слегка разозлилась на его дуракаваляние, а отчасти потому, что боялась, что он ее не услышит.

— Не знаю! — тоже закричал он. — Мне показалось, что ты здесь забыла обо всем на свете!

— Забыла! — ответила она. — Но вспомнила!

Объявили перерыв, и народ потянулся к выходу. Лапшин оглянулся и за руку повел Сашу к сидячим местам.

— Сашка, а ты заметила, что здесь работает всего одна съемочная бригада? Между прочим, лично мне неизвестная. А ты когда-нибудь видела эти физиономии?

— Почему я должна знать физиономии всех телевизионщиков, кто снимает такие концерты? — возмущенно сказала Саша Барсукова, плюхаясь в мягкое кресло.