— И как давно? Когда вообще вы во всё это впутались?

Ещё одно пожатие плечами:

— Пакет. Вы узнаете подробности из бумаг в пакете, который Тулли привезет с собой. Вы возьмете их у него и прочитаете. После этого немедленно улетайте. Берите курс на Маинг Тол, к Консулу. Там вам окажут посильную помощь.

— Так кифы охотятся за вами? Очередное пожатие плечами.

— Черт вас подери, Золотозубый, как далеко все зашло?

— У нас неприятности, — признался он.

Пианфар мгновенно оценила ситуацию: эти неприятности были очень серьёзными — в противном случае капитан охотничьего корабля справился бы с ними сам.

— Стало быть, вот как дело обстоит… И куда же вы направитесь?

— Лучше не спрашивайте.

— В человеческую зону космоса?

— Может быть, углубимся в область стишо. Прочтите пакет, друг.

— Вы…

— Вы тоже, — мрачно сказал Золотозубый, и вокруг его темных глаз появились тонкие морщинки. — Да помогут боги всем нам. Вы нужны мне, Пианфар. Очень нужны.

— Хм. — Она выпрямила уши, звякнув кольцами. — Боги не смогут сделать из моего звездолета военный корабль.

— Я знаю.

— Еще бы.—Пианфар отступила на шаг назад, чтобы вдохнуть свежего воздуха, и посмотрела на Тулли: возможно, он кое-что понял — он всегда понимал больше, чем говорил.

Тулли не солгал бы ей — в этом она не сомневалась, и сейчас его молчание и немигающий взгляд лишь укрепили в ней эту уверенность.

— Когда привезти его к вам? — спросил Золотозубый.

Пианфар повернулась к нему:

— У меня назначена встреча в станционном офисе. Я не могу её пропустить. А потом мне нужно уведомить команду. Я просто обязана сказать им о том, что благодаря вам у нас возникли новые проблемы. Вам лучше быть поосторожнее! — Она вытянула коготь и так ткнула им Золотозубого в грудь, что он вздрогнул. — Будьте чертовски осторожны с вашей тарой, слышите? — Пианфар имела в виду две разные вещи, и махе это понял.

— Слышу, — нахмурился он.

— Мне придётся провести в этом порту ещё три дня, — продолжала Пианфар. — Три дня с кифами, рыщущими по причалу. Если я выведу «Гордость» раньше, это может показаться подозрительным. А вы когда улетаете?

— Вскоре после того, как Тулли доберется к вам. У нас нет груза, кроме контейнеров, которые отправятся на ваш корабль.

— Что ж… — Пианфар обернулась, встретилась взглядом с Тулли и похлопала его по руке — очень мягко, памятуя о его нежной коже. — Ты в безопасности. Просто делай то, что они тебе говорят. Не бойся. Эти махены доставят тебя ко мне. Понимаешь?

— Да, — ответил Тулли и посмотрел на неё так, как умел смотреть только он — с отчаянным напряжением в бледных глазах.

Уши Пианфар нервно передергивались, а ноздри раздувались, словно в воздухе запахло чем-то более серьёзным, чем административные трудности на Центральной и коррумпированные стишо. Советы на Льене просто ненавидели чужаков, боясь, как бы люди не проникли в их зону космоса. А ещё это загадочное махеновское молчание. Плюс кифская алчность… Она взглянула на Золотозубого: «Вот так подарил! Ха!»

Золотозубый поднял голову, его карие глаза были полузакрыты.

— Я скажу вам кое-что, дорогой друг. Кифы ничего не забыли. Они охотятся за мной. А со дня на день начнут охотиться и за вами. Это не простая месть. Это кифский скиккик. Мы оба находимся у них на прицеле, а прибытие сюда Тулли с его посланием лишь ускорит дело.