Армейские барабаны отстучали приказ. Эхо заметалось от стены к стене ущелья. Зазвенели ледяные сосульки, звякнули камни, тысячи ног шаркнули о тропу и армия Ниарра тронулась в путь.

Спускалась ночь, и мрак стал непроглядным, но никто не остановился. Здесь заблудиться было невозможно. Разведчики вернулись и доложили: как и следовало ожидать, шпион бесследно исчез. Чтобы спрятаться в его распоряжении были все окрестные горы, и он, конечно, не стал дожидаться, когда его обнаружат. Однако и это было хорошей новостью, кордона варваров поблизости тоже не наблюдалось.

А был ли вообще повод для радости? Теор почувствовал, как его рот сжался в такую же узкую полоску, как губы Валфиво.

Около полуночи они достигли Ворот Ветра. Позади них вздымались утесы, а впереди лежал неровный, но открытый склон. Он вел вниз, домой. Теор различил отдаленный свет — сияющий Брантор, несший свои воды на юг, к Ниарру и океану. Даже после того, как войско встало лагерем на ночлег, поспать ему не пришлось.

Бой барабанов поднял его перед самым рассветом. Он сбросил с себя тяжкое оцепенение, гадая, нет ли дождя или молнии. По сигнал говорил о другом, и на этот раз он звучал дольше. Такие громовые удары мог издавать только большой военный барабан — такой, нести который могли только четверо воинов. В этой атмосфере его звук разносился на десять миль и дальше.

Остальные тоже проснулись. О тьме послышались крики, заглушаемые грохотом и гулом грозы. Затем сквозь шум пробился приказ Валфиво. Его собственные барабанщики повторили его: «Тише. Тише. Тише». Удары сверху смолкли почти тотчас же, и стало слышно, как звенит тишина.

Внезапно Теор понял, в чем состоит план генерала. Он повернул голову на юг, замер в неподвижности и прислушался. Вскоре послышалось едва различимое в бескрайней ночи, но вполне отчетливое в каждой ноте: «Бум-бум-бр-р-бум! Бум-бум-бр-р-бум! Ра-та-та, бум-бумм. Ра-та-та, бум-бумм. Бр-р-та, бр-р-та, бум, бум, бум, бум…»

Валфиво отдал еще несколько распоряжений. Топнули ноги, лязгнуло оружие. Теор пошел на звуки и прибыл на место как раз в тот момент, когда многочисленный патруль галопом унесся прочь. Рядом с ним оказался Валфиво, его кожа светилась ярче обычного. Теор явственно различил углубившиеся морщины на его лице.

— Я отослал их в надежде, что они изловят шпионов, — сообщил старший.

— Это я понял. Но нет ли там засады?

— Нет, разведчиков врага не должно быть много. Большую группу мы услышали бы задолго до того, как она смогла бы подойти достаточно близко, чтобы углядеть что-нибудь для себя интересное.

— Должно быть, это Улунт-Хазулы, — бестолково предположил Теор.

Валфиво сплюнул.

— А кто еще? Чалхиз лучше знаком со здешними местами, чем я надеялся. Почти сразу после битвы на берегу он, должно быть, расставил пикеты на всех дорогах, по которым мы могли бы вернуться, и снабдил их средствами связи со своим штабом. У нас нет шансов застать его врасплох. Любое наше передвижение тут же станет ему известно.

— Что же нам делать?

— Мы можем отступить…

— Нет.

— Тогда можно расположиться здесь. Это место удобно для обороны.

— Какой в этом смысл? Он просто возьмет сначала Ниарр, а после займется нами.

— Верно. Тогда нам остается только открыто выступить против него. Не останавливаться, чтобы сделать плоты, а продолжать путь по суше, но как можно быстрее. Пропитание добудем на попутных фермах. Но сначала надо возвести здесь хоть самые простые укрепления, чтобы в случае неудачи было куда отступить.

— Ты имеешь в виду, — после того, как нас побьют? — невольно уточнил Теор.