- Слушай, Саша, я плохо соображаю, совсем не могу считать. Давай сменим игру...

Бритва подозрительно вскинул глаза: неужели протрезвел?

- Что ты предлагаешь?

- Мои деньги верные, не переживай. Валера выйдет от девицы, спросишь.

Бритва отчеркнул сумму моего проигрыша, и мы сменили штосе на терц. Договорились играть сериями из десяти партий, по тысяче за каждую. Я взглянул на Жорика во время сдачи, но не заметил ничего подозрительного. В конечном итоге с ним получилась ничья. Разошлись по пяти выигрышам. Бритве же я готовил сюрприз. Изучив розданные шесть карт, я мгновенно отбирал две-три худших, давая каждому еще по три листа после объявления козыря. Таким образом у Бритвы оказался плохой прикуп, а я менял вдвое большее, чем положено, число карт, что почти стопроцентно приводило к выигрышу. Тот, кто, заказав козырь, набирал меньше пасующего, проигрывал вдвойне. Терять мне было нечего - приходилось разгибать проглоченный крючок. Если Бритва раскусит мою игру, дело плохо.

Первые три партии прошли спринтерски. В одной из них раздосадованный Бритва просто швырнул карты на стол. Тремя тысячами меньше... Сидящий справа Жора отлично понимал суть происходящего, бесился... но молчал. Вмешиваться ему не полагалось. Что касается Иры, то позже, успокоившись, я понял, что прочно усвоенные ею правила "черной" жизни не позволили ей "дернуть" меня из игры. Она явно хотела, чтобы я отыгрался.

Бритва играл с остервенением. Голова у меня трещала, но я знал второго шанса не будет. Наконец, вопреки фортуне, он "сломал масть" и дополучил карты, что в его положении было гибельно. В результате Бритва набрал всего на очко меньше, чем я, но даже этого было достаточно для двойного проигрыша.

Восьмая партия закончилась при равном счете. Я сдал карты для девятой. В воздухе висели четыре тысячи. Я заметил, что Жора отодвинулся и понял, что он хочет под столом толкнуть ногой Бритву. Угрожающе посмотрев на него, я взял карты. Хорошего было мало - по первой масти играть нежелательно. Но и дать Бритве назначить козырь тоже не сахар.

- Играю,- сказал я.

Гримаса разочарования исказила лицо Бритвы после прикупа>. Исход партии решила последняя взятка, дающая дополнительно десять очков. Она досталась мне.

На Бритву было жалко смотреть. В считанные минуты я вернул десять тысяч. Маятник качнулся в другую сторону.

Мои противники проигрывали уже около двух сотен. Жора кипел. Я сдал карты для последней партии. Привычно и непринужденно сбросил ненужные листы Бритве, но, что называется, срезался; он схватил меня за руку в единственный опасный момент.

- Сколько у тебя карт?

Не ответить невозможно. Я взял оставшиеся три вместо шести полагавшихся листов и бросил их на стол вниз "рубашкой".

- Ты прав, сдаю партию.

- Значит, ты мухлевал всю серию! Будем переигрывать. Не согласен спишем проигрыш на тебя!

Жорик зло щурил глаза.

- По новой кота за хвост тащить я не буду, нашли комсомольца казачить! Последнюю партию признаю. С меня восемьсот - получите.

Я отсчитал на стол положенное. Слава Богу, деньги были с собой. Жорик скрипнул зубами, но Бритва примирительно махнул рукой:

- Остынь! Дима прав. В карты надо не играть вообще или играть постоянно. А ты, Жорик, мог бы и отмаячить, что Димка двигает. Про Ирку не говорю. Не будем ссориться. С хозяйкой я рассчитался, пора бы и по домам.

Было досадно, что и Ира оказалась не прочь "раскрутить" меня. Но она смотрела на меня еще нежнее, чем прежде.

- Ты и правда ничего не помнишь? - Ира встала, подошла ко мне, положила руку на плечо.- Валера давно поехал домой, вы еще целовались на прощание. Не умеешь пить, переходи на молоко. Поехали ко мне. Бритва отвезет нас, а потом пусть обсуждают с Крахом свои бесконечные проигрыши-выигрыши.