– У кого – у них?

– У Вечесловых.

– Так вы от Веры? Как она?

– Прекрасно. Мужа похоронила, теперь в больнице срок мотает, а девчонка одна загибается, а мы тут с вами разговоры разговариваем. – Колька с досады хотел плюнуть на пол, но удержался. – Да вы попросите, чтоб карточку принесли, у вас же есть её карточка, там всё написано.

В кабинет вошла медсестра с карточкой под мышкой. Колька выдохнул: ну слава тебе Господи.

– Вы наверное думаете, вот же выжига сидит, рецептами торгует… – вдруг сказала врач. – Сильнодействующие препараты у нас на строгом учёте, их продают только по рецептам и только больным. А Вера внучку на учёт не хотела ставить. Это ведь навсегда, на всю жизнь, а девочка в медицинском училась. Это конец карьере врача. Я сколько раз предлагала на учёт её поставить и лечить официально, тогда и рецепты бесплатно, и лекарства… Вера и слышать не хотела. Вот и лечили… нелегально. А деньги… Вы что, серьёзно думаете, что я их себе брала?

Колька подумал, что он идиот. Вероятно, мысль отразилась на его лице, потому что Рита как-то жалостно на него посмотрела.

– Три года назад она лежала в нашем стационаре, лечащий врач Дроговоз Фаина Францевна. Так что деньги ваши убирайте, рецепт я вам выпишу, но в следующий раз пусть приходит сама.

– Да как она к вам придёт? Она на улицу выйти боится! У неё эти… страховые атаки. Страшно ей. И галлюцинации. Я ей полчаса доказывал, что я не глюк, а она мне – тебя нет, говорит. И в меня тапком кинула. Попала.

– Стоп, стоп… Не должно у неё быть – ни панических атак, ни глюков. Здесь ясно написано: БАР второго типа. В Гринино она где наблюдается? Фамилия врача. Адрес медучреждения.

– Да откуда я знаю? Это вы у неё спрашивайте. Можно, от вас позвоню?

◊ ◊ ◊

В коридоре тренькнул телефон. Арина не помнила, когда последний раз по нему разговаривала, да и кто будет ей звонить? Бабушка! Арину вихрем сдуло с дивана, пошатнуло и попыталось уложить обратно, но она не далась. Цепляясь за стенку и ощущая противную слабость, дошла до телефона и плюхнулась на табурет.

– Ба! Ты в порядке? Я приеду, как только смогу. Не волнуйся, со мной всё хорошо.

– Это врач из «Гармонии». Рита Борисовна, бабушкина подруга. Арина, что с Верой? Я могу чем-то помочь? Ты почему мне не позвонила, не сказала ничего?! У тебя лекарства закончились, так? Какая аптека тебе их продала? Такого быть не может, они не продаются, они проверку не прошли, и не пройдут. Там масса побочных эффектов… Давно ты их принимаешь? Господи… Как ты жива до сих пор?! Рецепт сохранила, надеюсь?

– Рецепт? Какой рецепт? Он мне таблетки без рецептов давал, и денег не брал, сказал, что мне положено.

– Он – это кто? – Рита уже теряла терпение, чего с ней никогда не случалось. Как правило, терпение теряли её пациенты.

– Врач, Рукавишин Иван, отчество не помню.

– Когда ты у него была последний раз?

– Не помню. Давно. Он меня по телефону консультировал, спрашивал как я себя чувствую. Я теперь в Гринино живу. Я дедушку хоронить привезла, а уехать не могу, бабушка в больнице. У меня ремиссия закончилась, и началось… Так ужасно ещё никогда не было, дико страшно и дико больно, и галлюцинации. У меня их раньше не было, и панических атак не было.

– А когда появились? Когда врач тебе заменил лекарство?

– Да.