– Приедут, но не раньше чем завтра.

– Они знают о предательстве? Я понимала, что этот вопрос будет Лестату неприятен, но не могла его не задать.

– Нет. – Лестат покачал головой. – Я просил ничего им не говорить пока.

– Но когда они приедут, то узнают. Какой смысл утаивать?

– Во-первых, Вейн не пришел в себя, а целители уже здесь. Я верю, они его приведут в чувство, и он сможет объясниться. Расскажет сам. А во‐вторых… – Парень посмотрел на меня тяжелым, печальным взглядом. – Иногда целый день – это очень много. Пусть едут спокойно.

– Они не едут спокойно, Лестат. – Я вздохнула и прислонилась к его плечу. – Их сын еще не очнулся.

– Но они не считают его предателем, как все в академии.

– Думаешь, им не донесут?

– Слухи? Вокруг нас всегда слухи.

– Скажи, что ты выжидаешь, Лестат? – Я отстранилась и попыталась заглянуть ему в глаза. – Вот честно? Ты же в курсе, что ведешь себя странно?

– Я… – начал он, но нас прервали.

В холл, где мы пили кофе, примчалась Тейна. Она реально бежала в нашу сторону на такой скорости, словно по пятам за ней гнался монстр. Я никогда не видела пифию такой взволнованной и запыхавшейся.

– Там! – Она выдохнула и глотнула побольше воздуха, чтобы договорить: – Там твой отец, Лест.

Парень побледнел, и мне показалось, что он сейчас сбежит, но не получилось. К нам уже приближалась целая делегация. Родители Лестата. Их я узнала сразу же. Ректор академии – магистр Феофранк, который приехал, едва только появилась возможность пробиться через заваленную дорогу. Секретарь, магистр Алишер и несколько охранников.

– Мальчик мой, ты жив! – со слезами выдохнула сиятельная леди Мадлен Дарийская и припала ему на грудь, обдав волной дорогих легких духов. То, что на диване сижу еще я, она, вероятно, даже не заметила.

– Сын, – чуть сдержаннее произнес лорд Винсент. – Ты просто не представляешь, что мы испытали, узнав о твоей гибели! Мы заберем тебя отсюда. Ты слишком много пережил. И этот мальчик… – Мужчина поморщился. – Он заплатит за то, что сделал. Мы считали тебя погибшим, серьезные договоренности едва не были сорваны из-за завала. Не знаю, чем он руководствовался, но судить его будут по всей строгости.

Эти люди врали с каменным выражением лица. Алишер об этом знал, Лестат об этом знал, и все молчали. А самое гадкое, что и я молчала. Я бросила испуганный взгляд на принца, который мягко высвободился из объятий матери и едва заметно помотал головой мне, показывая, что сейчас не стоит говорить.

Он поднялся и сразу же отдалился от меня. Не только физически, но и эмоционально. Я это чувствовала, и сердце сковал страх.

– Отец, Вейн не виноват, – выдохнув, сказал Лестат и посмотрел прямо на статного лорда.

– Я знаю, ты его любишь. Но посмотри, к каким необдуманным последствиям привела ваша дружба. Мы думали, ты погиб…

– Не надо фарса, – прошипел принц и сделал шаг отцу навстречу. Мне даже показалось, сейчас в его облике мелькнули черты Властелина кошмаров.

– Мы думали, ты погиб, – еще раз с нажимом произнесла его мать и нежно улыбнулась, погладив Лестата по руке и успокаивая. Она точно знала, что делает. Парень расслабился.

– Твое место занял Николас, – продолжил лорд. – Но я…

– Отец, я не уеду из академии. И Вейн не виноват.

– Ну а кто виноват, родной? – спросила его мать.