– Прости, Мих, я на минутку. Я… Мы… Короче, мы уходим.

– Вот как? Ну что ж, наверно, ты знаешь, что делаешь.

– Здесь вода питьевая, в пакете горелка, бензин…

– Спасибо Артём. Только у нас все есть. Отдай лучше Саньку. У него все-таки ребенок.

– Слушай, – поддавшись внезапному порыву, зачастил Артём, – а то давай с нами? У меня есть бункер, там запасов на год. Планировали еще с одной парой, но им не повезло, жили в центре. Вас как раз двое.

– Еще раз спасибо, я, честное слово, признателен. Но мы остаемся, – увидев удивленные глаза приятеля, пояснил: – А что поменялось, Артём? Изменились условия, но жизнь-то продолжается.

Из глубины квартиры появилась Татьяна, Миха привлек ее к себе, обнял за талию.

– А-а-а, ты видел объяву? Ну да, ты же служил, тем более пограничник!

– Ты про этого кэпа? – Миха насмешливо покачал головой. – Не, кирзой я сыт по горло, двух лет хватило. Да и не думаю, что бойцов потребуется много, не война же, в конце концов. Думаю, через недельку половину тех, кто завтра побежит записываться в армию, уже дембельнут. Я лучше сразу по гражданской линии.

– И чем заниматься?

– Неважно. Думаешь, я работы боюсь? Ты, наверно, меня с офисным планктоном спутал. Это у них работа от перекура до обеда штаны протирать. Знаешь, почему я домой частенько затемно возвращался?

– Вот мне дело следить, кто когда домой с работы приходит!

– Ну, извини, привык, что все окружающие думают – раз на работу в костюме ходит, значит, бездельник. А у меня десять-двенадцать магазинов в день, и в половине приходилось пиджачок и галстук снимать, рукава закатывать и вперед, выкладку лопатить. Закончишь часов в полвосьмого где-нибудь в дальнем магазине, а еще километров семьдесят до дома.

– Ни фига себе, – Артём потрясенно покачал головой, – а я думал, это у меня работа тяжелая!

– У нас так. Хочешь денег – пашешь как вол, хочешь в восемнадцать ноль-ноль с работы выходить – иди манагером в офис, только на зепе не обижайся. Он помолчал и добавил: – А я, между прочим, физик-ядерщик, диплом красный, и дипломная работа рекомендована к публикации. Вот так вот. Женился по великой любви на сокурснице, только я для нее лузером оказался. Теперь кто-то другой ее по Средиземноморью катает и шубы дарит. Но от алиментов не отказывается – дочка у нас, хоть я ее уже лет пять не видел. Наверно, это правильно, пусть у нее не будет путаницы в папах.

Артём потрясенно молчал. За пять минут он у знал о Михе больше, чем за предыдущий год знакомства.

– Ладно, Тёма, хватит ностальгировать, разговоры разговаривать будем потом, когда встретимся. Спасибо за предложение, вы со Светкой идите, а мы здесь не пропадем, – сказал Миха. Он посмотрел на Татьяну, та в ответ улыбнулась, и добавил: – За хатой присмотрю, не бойся: если что – куда вернуться у тебя есть. Надумаешь – возвращайся, друзья у тебя здесь найдутся.

Он протянул руку, потом обнял. И закрыл за собой дверь.

* * *

Артём поднялся на свою площадку, постучал. За дверью раздалось шарканье, потом хриплый голос, в котором трудно было узнать прежнего Александра:

– Кто?

– Саня, это Артём, открой.

Шарканье перед самой дверью.

– Зачем?

Блин, грабить тебя пришел, нищеброда!

– Открой, я тебе еще воды отдам. Ты же из ТЦ так и не принес?

Дверь тут же открылась.

– И еще держи, – протянул пакет, – здесь бензин и горелка. Будешь расходовать экономно, хватит надолго.