— Если у противника теплак, то он увидит здесь тепло и отработает в глубину помещения. А значит, будем готовить другую позицию. — Прокомментировал парень и отошёл в сторону, усаживаясь под стену. — Вас же только перетянули на Промку... Сейчас через минут десять мудак проснется и начнет с АГСа закладывать, если теплак у них есть и если верхушки осматривают, то сюда тоже парочка ВОГов залетит, так что вы либо в ванную свалите, либо сядьте.

— Сколько говоришь ему лет? — Усмехнулся Булат, обращаясь к товарищу.

— Четырнадцать. — Газон хмыкнул и уселся под стену, поглядывая на юношу, который спокойно выжидал, закурив сигарету.

Мудак с АГСом проснулся раньше и потому обстрел начался ещё раньше. Боец явно не был скован в боеприпасах, а потому заливал длиннющими очередями, прерываясь на короткие передышки и смену улитки с гранатами. По их позиции прилетела лишь пара ВОГов и то для профилактики.

— Значит теплака нет. — Хмыкнул Даниил, сбивая ещё теплый камень с бойницы. — Работайте...

Снизу резко раздался шум и голоса. Голоса, которые были Дане знакомы и не по воспоминаниям. Сохранявший до этого хладнокровие парень, который не боялся прилетов гранты в здание, поскольку прекрасно помнил, что тогда их группа нормально отработала и вернулась, резко вскочил. Перехватывая автомат, он побежал вниз, на первый этаж и уже на лестнице столкнулся с тем, кого не ожидал. Князь встретил его резким ударом в грудь. К своему удивлению, Малыш боль не почувствовал, но удара хватило, чтобы его повалить.

— Я же говорил, что порву! — Прорычал Князь, но Даня выхватил пистолет, сразу досылая патрон в патронник и открывая огонь навскидку.

Он видел, как пули попадают в Князя, видел как свинцовые болванки проникают внутрь, прорывая одежду, кожу, мышцы, ломая кости, поскольку стрелял он с Пистолета Ярыгина, но мужчина продолжал стоять и лыбиться, словно ничего не ощущая. Даниила от такого зрелища впервые за сон пронзил страх. Животный страх, когда замираешь на месте и сложно двигаться, а попытки кричать скатываются в немое открывание рта, когда словно рыба хватаешь воздух.

— Князь! — Раздался окрик и в тело и так расстрелянного мужчины откуда-то со стороны влетела автоматная очередь, от которой того откинуло в сторону.

Даня с трудом смог повернуть голову в сторону и увидел Кабана, который стоял чуть дальше по коридору и целился в сторону тела, отрабатывая по тому короткими очередями.

— Сапёр, че валяешься?! Добивай! — Гаркнул Кабан. Даниил непроизвольно сжал правую руку и ощутил, что в ней нож. Нахлынуло ещё одно воспоминание, когда он в одной из вылазок на территорию фронта столкнулся с мародёром в драке, но парень тут же согнал наваждение, подрываясь и напрыгивая на уже истерзанное тело.

Кабан ещё дёргался, когда парень наносил удары ножом в горло противника. Успокоился он только когда обезглавленное тело обмякло, а голова отвалилась в сторону. Тут же чуйка подала сигнал и, подняв взгляд, Даниил увидел, что в коридоре на месте Кабана стоит Михаил с ружьём.

— Вот и всё, Малыш. — Улыбнулся Михаил, потянув спуск.

Сапёр дёрнулся, просыпаясь со стойким желанием пойти и сжечь хутор. Он крайне не любил кошмары, но больше его бесили только кошмары, проникающие в воспоминания. Впрочем, как и ожидалось, никто его сон не потревожил, так что на мху он вполне добротно выспался, разве что промёрз немного, да бок стал сырым, однако Даниил предполагал, что скоро разживётся вещичками Андрея. Один фиг ему теперь в нормальный мир хода нет и вопрос его смерти — это скорее вопрос времени, потому как одиночке не выжить, а это значит что его единственный шанс нормально прижиться, это примкнуть к тёмной стороне союза и заниматься рэкитом.

За мыслями о том, как быть дальше, Даня окончательно проснулся и продрав глаза, принялся высматривать что там происходит в Хуторе.