|
Аня сама видела, как тому плохо, ведь он потерял надёжного товарища и больше друзей внутри группы у него не осталось. В ту ночь тоже всё началось с простого поцелуя... Их отношения продились тогда не долго, всего лишь неделю, а потом Аню перевели в другое подразделение, а его кинули в группу проводящую разведку на высоте триста семь и пять. Огневой мешок. Группа разведки практически в полном составе была прижата огнём крупнокалиберного оружия, а дальше заработал миномёт. Тогда погиб Сергей, командир группы и остатки группы попросту растерялись. Командование на себя принял Даниил, выводя группу из-под огня, уже бросая тела и раненых, просто выводя тех, кто выжил. Забрать раненых не представлялось возможным, вызвать подмогу тоже. Тела смогли вытащить лишь на следующие сутки, когда подошла колонна брони и подавила огневые позиции противника. За тот день Даня потерял окончательно всё, что имел на войне. Девушку, с которой успел даже пару раз переспать и последнего друга, который был его командиром. Парень запил, причём для четырнадцатилетнего запил сильно, начал курить, а также словно искал смерти, но судьба берегла его. Целую неделю он совершал вылазки на линию фронта, драконя разные участки противника. По нему вновь работали миномёты, за ним охотились снайпера, но Дане было плевать. Он лишь хотел покоя и как ни странно, нашёл его. Легкоё осколочное ранение. Осколок попал в боковую вставку бронежилета, частично пробив её и вскрыв бок, ещё несколько осколков посекли руки, но скорее вскрыв кожу, чем нанеся серьёзные повреждения.
После ранения и эвакуации, Даня попал в полевой госпиталь... — А я смотрю, дежурный из тебя так себе. — Усмехнулся Пилюлькин, отрывая Сапёра от воспоминаний. — Ты чего проснулся? — Вяло спросил парень, глянув на часы. Вновь его воспоминания, словно ускоряли время, поскольку уже далеко так перевалило за полночь, было практически два часа ночи. — Чего-чего, вахта моя. Пост принял, вали-ка ты спать и вот что... Нехрен, тебя больше на пост нельзя ставить, ты всё на той войне летаешь... — Старик хмыкнул, поморщившись. — Плохо это, не пускает тебя война... Иди вон, к Ленке или Алёне под бок заберись. Лучше к Ленке, а то Макс ревновать будет, они ж с Алёной обжимались тут, пока ты с железом копался. — Да и пускай обжимаются, главное, чтобы предохранялись. — Отмахнулся Даниил, поднимаясь и чувствуя, как отсидел пятую точку. — Вот и я им про то же. — Усмехнулся Пилюлькин. — Всё, давай, до утра, тебе ещё завтра разведка предстоит, так что отоспись на сиськах, тебе полезно будет. — Ну, ты и сваха. — Сапёр лишь покачал головой и направился в дом, перехватив автомат под магазин. Пилюлькин, оставшись на посту, лишь тихо засмеялся, допивая уже холодный чай, который Лена приносила Даниилу. Сам парень решил прислушаться к совету и, лишь скинув обувь и разгрузку с автоматом, забрался на печь, устраиваясь под боком у девушки. Лена словно почувствовав это, в наглую закинула на него ногу. Впрочем, это Даня не заметил, сразу отрубаясь в сон.
Глава 20. Север.
Сапёру не потребовался будильник, чтобы проснуться к рассвету. В нём вновь брали верх привычки спать столько, сколько нужно и вставать к собачей вахте, когда противник больше всего любит нападать. Впрочем, оно и понятно, ведь молоденькие новобранцы в пять-шесть часов утра сонные и плохо соображают, особенно если не сменялись грамотно и стоят на посту уже четвёртый час. К своему удивлению, парень отметил, что сейчас ему ничего не снилось, даже наоборот, было некое спокойствие и уют, впрочем, чего нельзя сказать о физическом состоянии. Даня забирался на печь, оставшись в камуфляже, не снимая куртку, однако сейчас та была расстёгнута. Лена, явно просыпавшаяся ночью, в наглую прижалась к нему, запустив руку под футболку парня, при этом положив голову ему на грудь и закинув на него ногу. |
