Даня не знал, чему удивляться больше, тому, что старик может в блюз или тому, что у него откуда-то родилась целая пачка сигарет.

— Feel the river risin... — Продолжил он, словно не замечая Сапёра и присаживаясь рядом, при этом в классической блюзовой манере протягивая последнее слово.

— When I feel the river risin... — Прохрипели они уже вместе. Даниил ухмыльнулся туша бычок и отправляя его в небольшую канавку перед домом.

— Devil coming up from you... I can't stop the Dogs of War... I can't stop the Dogs of War. — Запели вдвоём, однако окончание смог промычать лишь Пилюлькин, после чего повернулся к Сапёру, протягивая открытую пачку. — Нашёл на кухне в ящике с вилками.

— Я б не додумался туда сигареты кинуть. — Усмехнулся Даниил, выщёлкивая себе сразу парочку.

— Да я бы тоже, но ты посмотри, бабские, тонкие. Баба бы додумалась. — Отмахнулся старик. – Ты, кстати, откуда про псов войны знаешь? Я думал, такое уже позабыли, молодёжь же все по рэпам всяким и прочей попсе.

— Да так. Был у нас во взводе один любитель специфических песен под настроение... Мы как на бэтре или бэхе не поедем, так он всё затянет, то БТР-Батор, то Псов войны, то вообще в горловое пение ударится. — Сапёр лишь пожал плечами, вновь закуривая и морщась от мерзкого привкуса каких-то ягод смешанных с табаком. — Ну точно бабские... Мужик бы в здравом уме такую херню курить не стал.

— Ну дык, а я тебе про что? — Хмыкнул Пилюлькин, затягиваясь и усмехаясь. — Что думаешь дальше делать?

— В принципе или завтра? — Уточнил парень.

— И так, и так. — Кивнул старик.

— Разбогатеть, захватить мир, бабу себе найти, чтобы мозг не ебала... Классические задумки двадцатилетнего максималиста. — Усмехнулся Сапёр, но тут же морщась от гадского вкуса сигарет.

— А если серьёзно? — Дед шутку не оценил, спокойно куря и смотря на уже догорающий костёр, от которого все ушли. Алёна и Макс занимались на кухне заданием от врача, а именно неполной сборкой и разборкой карабина, а также снарядкой магазина на время. Лена же занималась тем, что стирала, а если быть точнее, то уже ждала, пока одежда на печи просохнет. Печь кстати все же затопили, но не так уж сильно, дабы не создавать много дыма и не демаскировать себя.

— А если серьёзно, то завтра с утра схожу на север, я себя блять как на высоте триста семь и пять чувствую, разве что мешок не так сильно давит. С трех направлений возможный противник, отдаление до каждого примерно по шесть километров и хрен куда рыпнешься, так что завтра с утра пойду, гляну, что там с севера. Если тоже срань, то будем ждать пока ты бегать не начнёшь, подгоним снаряжение, чтобы остальные тоже бегать смогли, а послезавтра на собачью вахту марш-бросок до реки, там беглое форсирование и занятие позиций на той стороне. Если там разрушенный мост и дорога, то может, куда и выведет, а то тут херня какая-то, напрягает, что одни бандиты, авось хоть там. Если там тоже бандиты, то ищем позицию для закрепления и работаем налётами. Ну, или форсируем обратно и работаем налётами на лагерь, если уж место их базирования знаем. Примерный численный состав их там не больше сотни, выбить уже человек тридцать и лагерь будет недееспособен. — Даниил задумался, погружаясь в свои мысли.

— Хехе... А Макс ещё спрашивал, почему ты командир... — Усмехнулся Пилюлькин. — Сапёр, ты лямку только в одиночку не тяни. Я понимаю, что ты привык работать на себя, по глазам вижу, что раньше ты в отрыве от группы действовал, но тут у тебя не бойцы, а гражданские, так что сильно не рискуй, мне ребят потом не вытянуть будет на своём-то горбу... Ладно, пойду я уже на боковую, ты как?

— На вахте, до полуночи, потом толкну тебя, под утро уже Макс пускай подежурит. — Даня проследил взглядом, как старик поднялся, опираясь на ступеньку и стараясь не шевелить раненой ногой лишний раз.