— Какие обязанности это на меня накладывает? — со вздохом поинтересовалась я. Понятное дело, отмахиваться и спорить бесполезно. Даже не потому, что Ариадна уже давно всё решила, и будет упорствовать. Если они верят, что это поможет, и, более того, уверены, что больше никаких вариантов нет, кто я такая, чтобы возражать? Альтернатива-то простая: пулю в лоб. Фигурально выражаясь, конечно; пуль тут давно уже нет. — И кто вообще такая эта Жива? А то я очень смутно помню это название, и ничего конкретного про неё сказать не возьмусь.

— Ну, обязательств почти никаких; разве что лучше, если благодаришь бога или о чём-то просишь, обращаться напрямую к ней. Это… дань вежливости, что ли? — она насмешливо хмыкнула с таким видом, будто и сама не верила в то, что говорила. — А кто она такая — это ещё проще. Покровительствует весне, жизни, возрождению чувств, доброте, материнству; в общем, тебе подойдёт, — махнула рукой Её Величество.

Как показала практика, зря я дёргалась и сомневалась в прозорливости Императрицы. Жива действительно оказалась довольно приятной особой; выглядела она как очень красивая молодая женщина со светлыми пшеничными волосами и очень ласковыми и тёплыми серыми глазами, да и по манере общения вполне соответствовала занимаемой должности.

Не знаю, как должен был проходить этот обряд наречения в оригинале, но в присутствии богини всё прошло буднично и спокойно. Мне просто дали выпить обычной холодной воды из простой деревянной плошки с резной птичьей головой, — кажется, она называлась братина. Правда, над этой чашкой сначала сама Жива повела рукой, что-то бормоча себе под нос.

— Всё, сворачиваемся, — вдруг изрекла Императрица. — За нашей Ольгой пришли.

— Ой, я тогда, пожалуй, пойду, — засуетилась Жива и прежде, чем мы успели попрощаться, исчезла. Почти вслед за этим распахнулась дверь, и в комнате появился мрачный Ульвар.

— Ваше Величество, — склонив голову в качестве приветствия, изрёк он.

— Привет-привет, — отмахнулась Императрица. — Ну вот, видишь, всё с твоей женой в порядке, никто её не обижает.

— Не сомневался, — поморщился сын Тора. Её Величество вдруг бросила хитрый взгляд на меня и, перейдя на норманнский, обратилась к Ульвару.

— Я решила привлечь твою жену к работе с лиепчи.

— Зачем? — нахмурился полубог.

— Во-первых, мне её жалко, потому что в одиночестве там у тебя она задыхается. Во-вторых, от неё действительно может быть польза.

— Польза? — скептически хмыкнул он. — Какая польза в войне с Иными может быть от женщины?

— Ты меня только что оскорбил, ты в курсе? — довольно ухмыльнулась Её Величество. — Ты недооцениваешь свою женщину. Но это у тебя ещё будет возможность осознать, не волнуйся.

— Вы мне нотации читать собрались? — недовольно сощурился мужчина.

— Избавьте боги, — фыркнула Ариадна. — А то я не знаю, что с мужиками это верный способ поругаться окончательно. Забирай свою красавицу, мы на сегодня закончили.

— Пойдём, — строго глянув на меня, сообщил Ульвар уже на русском.

— Пойдём, — согласно кивнула я и, попрощавшись, пошла за ним, через плечо бросив озадаченный взгляд на Императрицу. Но она ответила только безмятежной улыбкой.

Вот и объясните мне кто-нибудь, для чего всё это было устроено? Конспирация там, разговоры на якобы непонятных мне языках.