— Ну, информацию, какая есть, мы предоставим, это не проблема, — отмахнулась она. — Они просто в срочном порядке запросили мира, и сейчас наши решают, на каких условиях на этот мир соглашаться, и соглашаться ли вообще. Императрица настроена на перемирие, да и остальные тоже больше склоняются к нему; на один фронт будет меньше, всё легче. Там сейчас проблема, скорее, в том, что доверия они не внушают, и все спорят, стоит ли идти на такой риск: один-то раз они нас уже предали.

— Это всё интересно, но какое отношение они имеют ко мне? — я предприняла попытку вернуть собеседницу в изначальное русло.

— К тебе… — она задумчиво хмыкнула. — Матушка, понимаешь ли, тоже не очень любит психологию наседок. К тому же, ты её заинтересовала; сама понимаешь, все прежние лица хорошо знакомы, а так чтобы появился кто-то новый, да ещё и довольно неординарный, в ближайшем окружении — это большая редкость. И она очень хочет приставить тебя к какому-нибудь интересному и полезному занятию, чтобы создать тебе благоприятные условия для личного роста. А тут занятие действительно подходящее; ты же имела дело с чужими культурами, и, насколько я могу судить, тебе это нравилось?

— Да, но ведь у вас тут…

— Для меня, да для каждого из нас, все восемь культур не чужие. Не свои, но мы растём с этими знаниями с самого детства, и принять что-то новое… не то чтобы невозможно; просто могут быть некоторые накладки. Не буду врать, без тебя тоже прекрасно обошлись бы, но твоё участие лишним не будет. Ну и, кроме того, у тебя ведь есть практика изучения чужих языков? Вот и этим тоже займёшься. Точнее, с этого, думаю, стоит начать. У нас есть приборы, которые подбирают толкование понятий по смыслу, но до изучения языка мы так и не успели добраться. Точнее, работы начались, но потом лиепчи выступили против нас, и договариваться с ними стало неактуально.

— Я, честно говоря, сомневаюсь, что от меня будет много пользы. Но отказываться глупо; есть ощущение, что это мой единственный шанс, — усмехнулась я.

— Очень может быть. Заодно решишь свою проблему с недостатком общения, — хмыкнула Вера. — Надо бы научить тебя леталкой пользоваться, чтобы ты не была к месту привязана; на Ульвара тут, понятное дело, полагаться глупо. Но я что-нибудь придумаю. Что касается кошки… Нет у нас сейчас домашних животных. Точнее, есть, но это довольно редкое увлечение. Но этот вопрос тоже вполне решаем; в конце концов, должен же тебя любимый муж подарками радовать, — на её лице ехидное выражение смотрелось очень странно, почти чужеродно. Надо же было уродиться с такой внешностью: типичная Настенька из русской сказки. Добрая, милая, сострадательная и совершенно безобидная. Или это просто я — жертва стереотипов, и никому больше её внешность не кажется несоответствующей содержанию?

— Тебе виднее, — дипломатично согласилась я. — А ты без Её Величества не будешь важные вопросы обсуждать? Ну, те, ради которых меня сюда вызвали. Может, тогда, чтобы не терять времени, займёмся этими лиепчи? — когда Вера отрицательно качнула головой в ответ на первый вопрос, я с надеждой подалась вперёд. Девушка загадочно улыбнулась и медленно кивнула.

Ура! Кажется, ещё немного, и я стану самым счастливым человеком в этой галактике!

Информации о лиепчи оказалось действительно не очень много, но меня это остановить не могло. Да, пусть то, что предложила мне сейчас Вера — не совсем то, чем я привыкла заниматься. И знаний у меня маловато, и опыта никакого, и я не вполне понимаю, как можно изучать этих чуждых существ. Но, с другой стороны, про них в принципе никто ничего не знает, так что здесь почти все в равных условиях.