Берегись, коли не ловок:

         Вихорь пылью разметет.

         За лещужною сурьмою —

         Бабий крик, как поутру.

         Не твоя ли шаль с каймою

         Зеленеет по ветру?

         Ой, удал и многосказен

         Лад веселый на пыжну.

         Запевай, как Стенька Разин

         Утопил свою княжну.

         Ты ли, Русь, тропой-дорогой

         Разметала ал наряд?

         Не суди молитвой строгой

         Напоенный сердцем взгляд.

    1915

* * *

         Туча кружево в роще связала,

         Закурился пахучий туман.

         Еду грязной дорогой с вокзала

         Вдалеке от родимых полян.

         Лес застыл без печали и шума,

         Виснет темь, как платок, за сосной.

         Сердце гложет плакучая дума…

         Ой, не весел ты, край мой родной.

         Пригорюнились девушки-ели,

         И поет мой ямщик наумяк:

         «Я умру на тюремной постели,

         Похоронят меня кое-как».

    1915

* * *

         За темной прядью перелесиц,

         В неколебимой синеве,

         Ягненочек кудрявый – месяц

         Гуляет в голубой траве.

         В затихшем озере с осокой

         Бодаются его рога,

         И кажется с тропы далекой —

         Вода качает берега.

         А степь под пологом зеленым

         Кадит черемуховый дым

         И за долинами по склонам

         Свивает полымя над ним.

         О сторона ковыльной пущи,

         Ты сердцу ровностью близка,

         Но и в твоей таится гуще

         Солончаковая тоска.

         И ты, как я, в печальной требе,

         Забыв, кто друг тебе и враг,

         О розовом тоскуешь небе

         И голубиных облаках.