Эта боль, как и годы, пройдет.

         И уста, и невинную душу

         Для другого она бережет.

         Не силен тот, кто радости просит:

         Только гордые в силе живут;

         А другой изомнет и забросит,

         Как изъеденный сырью хомут.

         Не с тоски я судьбы поджидаю;

         Будет злобно крутить пороша,

         И придет она к нашему краю

         Обогреть своего малыша.

         Снимет шубу и шали развяжет,

         Примостится со мной у огня.

         И спокойно и ласково скажет,

         Что ребенок похож на меня.

    <<1916>>

* * *

         Запели тесаные дроги,

         Бегут равнины и кусты.

         Опять часовни на дороге

         И поминальные кресты.

         Опять я теплой грустью болен

         От овсяного ветерка,

         И на известку колоколен

         Невольно крестится рука.

         О Русь, малиновое поле

         И синь, упавшая в реку,

         Люблю до радости и боли

         Твою озерную тоску.

         Холодной скорби не измерить,

         Ты на туманном берегу.

         Но не любить тебя, не верить —

         Я научиться не могу.

         И не отдам я эти цепи,

         И не расстанусь с долгим сном,

         Когда звенят родные степи

         Молитвословным ковылем.

    <<1916>>

* * *

         Устал я жить в родном краю

         В тоске по гречневым просторам.

         Покину хижину мою,

         Уйду бродягою и вором.

         Пойду по белым кудрям дня

         Искать убогое жилище.

         И друг любимый на меня

         Наточит нож за голенище.