— Лизонька, — теплая рука Андреса опять легла на ее руку, — посмотри на меня, Лизонька. Посмотри мне в глаза.

Ника подняла ресницы. В глазах Андреса была тревога, забота и что-то еще… Что-то, чему Ника теперь не смела поверить.

— Тебе не обязательно уезжать. Можешь остаться здесь, в Каунасе, до конца своего отпуска. Можешь вернуться в Москву — как хочешь.

— А ты? — с надеждой спросила Ника. — Ты сюда вернешься?

— Не знаю. Как сложатся дела. В любом случае обещаю, что не позднее чем через месяц приеду к тебе в Москву. У тебя там есть телефон?

— Есть.

— Я буду звонить тебе каждый день.

Ника опустила глаза и задумалась.

— Когда тебе надо уезжать? — спросила она через пару минут.

Андрес посмотрел на часы:

— Через шесть часов сорок пять минут.

— А когда поезд на Москву?

— Через четыре часа.

Ника вздохнула:

— Значит, ты еще успеешь меня проводить.

Часть вторая

ЛЮБОВЬ, ПОХОЖАЯ НА СОН…

1

— Ну и что дальше? Ты так и уехала? — Маша, затаив дыхание, слушала Никин рассказ.

Ника вздохнула:

— Так и уехала.

Они сидели вдвоем на уютной кухне в Никиной квартире. Кофе в Машиной чашке давно остыл, а себе Ника наливать не стала — все равно она не смогла бы сделать ни глоточка.

Поезд из Каунаса пришел утром, и у Ники было достаточно времени, чтобы разобрать вещи и привести квартиру в порядок. Но не тут-то было! Она и распаковать сумку не удосужилась. Весь день бесцельно слонялась по комнатам, пытаясь привести в порядок собственные мысли и чувства. Что же все-таки с ней произошло? Эта странная зависимость от другого человека, когда полностью подчиняешься его воле, оправдываешь все его поступки, — это и есть любовь? Ника рассталась с Андресом только вчера, суток еще не прошло, а она превратилась в растение, с корнем вырванное из земли и брошенное на солнцепеке. Неужели всего неделю назад она не знала о существовании Андреса и ее мог интересовать кто-то другой? Как странно!

— Ну и что будет дальше? — Маша подобрала под себя ноги и уселась поудобнее. — Ты думаешь, он еще появится?

Ника от неожиданности широко раскрыла глаза. Мысль о том, что Андрес может и не появиться, ей в голову не приходила. А вдруг действительно…

— Конечно, появится, — отбросив сомнения, сказала Ника. — Он не такой, как другие. Он не может обмануть.

— Ну да! — скептически заметила Маша. — Ты же знаешь его всего ничего!

— Понимаешь, — задумчиво сказала Ника, силясь объяснить подруге неожиданно нахлынувшее на нее чувство, — это не важно, сколько времени мы знакомы — день, неделю или год. Я просто чувствую его как саму себя. Он обязательно приедет.

Маша покачала головой:

— Блажен, кто верует, тепло ему на свете. Кирилл у тебя, помнится, тоже был прекрасным, а теперь…

— Не сравнивай! — оборвала ее Ника. — Просто когда мы познакомились с Кириллом, мне было очень плохо. Я и сама не понимала, как устала от одиночества, и увидела в Кирилле то, чего в нем никогда не было. Сейчас все по-другому.

— Ну, хорошо, — сказала Маша. — А чем он занимается, твой великолепный Андрес?

— Как — чем? — не поняла Ника. — Я же тебе уже говорила — что-то связанное с компьютерами. Компьютерный бизнес или что-то в этом роде.