– Серьезно? – Эмма застонала и ввела имена Googoo и Gaga, но ничего не всплыло, кроме бесконечных страничек фанатов Леди Гага.

Они перебрали косметические бренды, вариации Gucci и Marc Jacobs, имена звезд и бутиков, где двойняшки покупали шмотки. Ничего не получалось. Эмма откинулась на подушку и потерла виски. Какой секретный аккаунт в Twitter выбрала бы она? Ник, который никто бы не расшифровал? Все, что пришло в голову, – это прозвище Little Grease Monkey, которым ее наградил Лу, механик в гараже. И еще «vomit-comet hottie» – так ее за глаза называл один из барменов, когда она работала на аттракционе «американские горки» в казино «Нью-Йорк, Нью-Йорк».

– А что, если ники Лили и Габби связаны с какими-то неловкими моментами в их жизни? – предположила Эмма. – Скажем, когда Габби наехала Лили на ногу.

– Или когда Габби застряла в шкафчике, – добавил Итан.

Они вдруг посмотрели друг на друга. Эмма набрала @GabbyPonyBaloney. Профиль выскочил; на крошечной картинке угадывалось лицо Габби. И только одна девушка общалась с ней: @MissLiliTallywhacker.

– Даже не верится, – прошептала Эмма. Ее пальцы дрожали, когда она прокрутила страницу вниз. Эти твиты уже никто бы не назвал бессмыслицей. От каждого прочитанного поста у Эммы все сильнее кружилась голова. Сначала она прочитала твиты от тридцать первого августа:

@GabbyPonyBaloney: Ты думаешь, стоит рискнуть?

@MissLiliTallywhacker: Определенно. Обратной дороги нет. Сегодня ночью все встанет на свои места.

А вот что обсуждали двойняшки в ночь девичника у Шарлотты, когда кто-то пытался задушить Эмму:

@MissLiliTallywhacker: Она считает нас такими глупыми.

@GabbyPonyBaloney: Очень скоро она узнает всю правду.

@MissLiliTallywhacker: Ей бы надо поостеречься…

И на вечеринке в день рождения Саттон:

@GabbyPonyBaloney: Она даже не догадывается, что ее ждет. Мне не терпится увидеть выражение ее лица.

@MissLiliTallywhacker: Будем надеяться, что у нас все получится.

А этот твит Габби отправила сегодня днем:

@GabbyPonyBaloney: Осталось ждать меньше часа. Эта дрянь получит свое.

В коридоре хлопнула дверь шкафчика, стены медицинского кабинета содрогнулись, а в большой бутыли сиропа от кашля, стоявшей на полке, заплескалась густая зеленая жидкость. Эта сука получит свое. Перед глазами ожил летящий прямо на нее светильник. Она посмотрела на Итана.

– Они говорят обо мне.

У меня в памяти пронеслась ссора с Лили в ночь инцидента с Габби. Я посоветовала Лили держать рот на замке, иначе я испорчу ей жизнь. Но, возможно, вместо этого она и ее сестра разрушили мою жизнь.

– Будь другом, перешли мне все это по почте, – попросила Эмма Итана. – Все до единого твита. Я не могу потерять их, как тот видеоролик.

– Не вопрос. – Итан забрал телефон у Эммы и начал копировать и пересылать ей твиты.

Из-за стены доносилась приглушенная классическая музыка – в соседней комнате репетировал школьный оркестр. Внезапно Эмма ощутила боль во всем теле, как будто она пробежала непрерывный марафон.

– Какой кошмар, – сказала она, вытягиваясь на кушетке. – Оттого, что их двое, происходящее кажется еще более абсурдным. И что же, они пытались напугать меня? Или убить? И, если они хотели меня убить, как долго ждать следующей попытки?

Итан пробормотал что-то сочувственное, но не предложил никакого совета.

– Что бы я только не отдала за один только день, свободный от всего этого, – пробурчала Эмма. – Даже за пару часов. – Она подумала о предстоящей ночи. Противостоять двойняшкам даже днем было достаточно тяжело, что уж говорить о ночных танцах в доме с привидениями? Она покосилась на Итана.