— Здрасьте, — Ленке очень хотелось брякнуть сумку на пол, но, памятуя о банках, она аккуратно поставила клетчатое чудовище у вешалки. — Это что за тусовка заполночь? Вить, я тебя спрашиваю!

— Отстань. Не мешай, — коротко и зло огрызнулся Витек и тут же заговорил в трубку: — Нет, я не вам. Вы как хотите, Зинаида Сергеевна, но я ее… — тут его, похоже, оборвали, потому что Витька сгорбился и вцепился одной рукой в волосы.

— Что случилось? — встревожилась Ленка. Зинаидой Сергеевной звали маму Катьки. — Серега, что произошло-то, что ты-то молчишь?!

— Не зуди, Лен, — ответил приземистый, плечистый Серега, отбрасывая со лба белобрысый чуб. — Прикинь, Катюха пропала.

— А? — Ленка непонимающе повернулась к брату, который снова что-то попытался сказать, но тут же опять обреченно замолчал, слегка покачиваясь на тумбочке.

— Не трогай его, — попросил Серега. — Тут дело такое. Ему сейчас стремно совсем. Он Катьку часа два назад привел домой с дискача. До самой калитки типа довел. Потом поторчал там под окнами, кайф поймал — Ромео там, все такое… И потопал домой. Лег отсыпаться. А тут ему звонок — шнурки Катькины в напряге: где дочка?! Витек сперва не врубился — как где, если он ее до родных ворот доставил?! А они там в слюни и слезы — не приходила! А он еще не отошел и опять — как типа не приходила, если я ее до калитки?! Вот такие дела. Как разобрались, что правда нету ее, так шнурки в ментовку звякнули, а Витек нам. Сейчас искать поедем. Вот только он отобьется. Прикинь, мамаша ее на него бочку катит — в полтонны! Чуть ли не типа он ее чеченцам продал.

— Каким… чеченцам? — слабо спросила Ленка.

— Вот и я говорю — каким? - пожал плечами Серега. — Но главная непонятка тут знаешь где? Он ее правда в калитку загрузил. И потом около дома петлял, она же не выходила! Так что — она типа на пяти метрах пропала, которые там до двери, в своем дворе?!

— А я варенье привезла. И грибы, — зачем-то доложила Ленка. Витька швырнул трубку так, что старый аппарат жалобно звякнул и подскочил.

— Дура старая, — сказал он и громко задышал ртом. Ленка, с изумлением поняла, что ее брат изо всех сил старается не заплакать от обиды. — Привет, Лен. Мы поехали.

— Погоди, я с вами, вы куда без меня?! — завопила Ленка, но Витька уже выскочил наружу, с грохотом ссыпался по ступенькам. Серега задержался, пробормотал:

— Эх, держите меня семеро, — потом задумчиво прочел садюшку:

— С крыши на землю упала сосулька. — Вышел напрасно из дому дедулька… — и подмигнул Ленке: — Баюшки, Лен. Дверь типа запри.

— Я маме скажу! — предприняла последнюю попытку вмешаться в ход событий Ленка. В ответ на ее вопль на улице согласным хором заурчали моторы скутеров — и это урчание уплыло вдоль заборов в лунную ночь.

Ленка осталась стоять в гордом одиночестве на крыльце. «Мумий Тролль» заткнулись. Улица спала, только в районе кладбища завывала собака. Зло пофыркивая, девчонка заперла дверь, мстительно подумав, что, если Витька забыл ключ, то ему придется ночевать на улице. Она нипочем не откроет, хоть головой бейся!

— Порожняк какой-то гоню, — призналась сама себе Ленка, переступая через сумку, чтобы подойти к двери черного входа, которую так и не закрыла. Размышляя о том, какой фокус выкинула с братцем Катерина (что она на самом деле пропала — Ленка и мысли не допускала), девчонка на миг остановилась, протянув руку к дверной ручке… а потом поняла, что стоит на крыльце черного хода, около начала огородной тропинки — неизвестно как и неизвестно когда открыла дверь вместо того, чтобы ее запереть, да еще и пошла по ступенькам.