Все пьют, гуляют, поздравляют друг друга — радость-то какая, династия аж триста лет просидела (вот японцы с их заявкой на 1300 с чем-то лет, небось, удивляются), а у меня очередной головняк. И такой, что аспирином не поправишь. Этого головняк называется Николай Александрович Второв. Владелец заводов, газет, пароходов, а если коротко — недорезанный «русский Морган».

Документы насчет него мне выдал Щекин. Да еще таким грустным вздохом… Милейший господин Второв, тихонечко так, понемножку, шажочек за шажочком, прибрал долговые бумажки ростеховского оптического завода и честь по чести подал в суд. И обычно неторопливая российская Фемида в первом же заседании довольно быстро склонилась на сторону рейдера, не иначе, как имея на меня зуб за недавние митинги и сердечную склонность к господину Второву. Слава богу, Варженевский успел подсуетиться и сыпануть песочку в машину судопроизводства и все на некоторое время застыло в шатком равновесии.

Заменивший покойного Самохвалова на должности начальника службы безопасности, экс-полковник Ерандаков уже рыл землю, пытаясь отыскать причины такой фемидиной склонности, в Гусь-Мальцевский выехала целая делегация во главе с Леной на предмет внутреннего аудита.

И ведь как выбрал место и время, стервец! Сызранские-то заводы под неусыпным присмотром, а Гусь на отшибе, да еще эти торжества…

Хорошо, что во время поздравительных речуг делегаций, меня посадили не в первом ряду. А так я спокойно изучил все документы, поразмышлял. Временный вариант представлялся таким — втихаря перевести активы завода на другое юридическое лицо, пусть Второв потрошит пустышку. Постоянное решение — закон против монополий и олигополий. Под него «русский Морган» попадала на 100 % Да и левым будет еще одна кость, за которую можно выторговать что-нибудь. Поди Чернов и Ко будут счастливы прижать хвосты капиталистам. Думаю, долго этот закон не проработает — начнется война и дробить монополии станет не с руки. Тут будет другой закон — умри, но оборонзаказ выдай. Зато появится тема национализации, и вот тут Второву можно будет по второму кругу прижать хвост.

Я просмотрел список активов Николая Александровича. Золотодобывающее товарищество, военно-шорные и кожевенные заводы, мануфактуры, банки… О, электросталеплавильное производство строит! Да, тут есть чем поживиться и привезти Второву ответку. Мало им Полякова, короткая память оказалась у русских банкиров и промышленников. Ничего, напомним, кто такой Распутин.

— О чем задумался, Григорий Ефимович? — ко мне подсел председатель КГБ Туркестанов.

— Грехи отмаливаю, Василий Георгиевич — вздохнул я.

— Слышал, что удачно искупался в проруби — усмехнулся князь — Смыл грехи то!

Глазами Туркестанов мне показал, что в курсе истории с фаворитом. Ну это и понятно. У новой русской «охранки» глаза нынче везде. Туркестанова хвалят, он усидел в кресле после теракта на Забалканском проспекте, выборов в Думу. Реформа спецслужб пошла на пользу стране, левых боевиков крепко так подвывели, шпионов всяких за кадык взяли, порядка стало явно больше.

— Грязь с души полосканием жопы не смоешь — грубо ответил я, провоцируя князя — Человеком нужно всегда быть, а не по календарю.

— Золотые слова, Григорий Ефимович. Я решил подойти, чтобы еще раз заверить вас в глубоком уважении и преданности. Помню, чьими трудами вознесся на этот Олимп — глава КГБ окинул взглядом золотую лепнину тронного зала Зимнего — И после того случая на Забалканском — мы были готовы рассчитаться. С переплатой.

— Верю, верю — взмахнул руками я — Еще посчитаемся с «англичанками». И не только с ними…

— Я к вам вообще-то с предложением…

Ну еще бы.