Проследив за тем как разбитый столб транспортировали в кузню и там его стали крушить на более мелкие фракции, я увидел как готовят форму для отливки. Честно сказать как-то не задумывался раньше, а сейчас увидел и удивился простоте и гениальности решения.

Если вкратце, то вылепив из глины нужной длины цилиндр, его толсто обмотали соломой, и поверх вновь обмазали глиной. Когда всё высохнет и изделие пойдёт на обжиг, солома выгорит, и получится отличная форма для отливки.

Единственный минус который я узрел, это одноразовость изделия. То есть на каждую пушку нужно делать отдельную форму, но других технологий здесь просто ещё не знали.

Оставив людей заниматься делом, я перекусил и спустился в подвал.

Порох. Теперь, с появлением пушек, этого чудесного порошка потребуется много больше. По моим прикидкам чтобы смешать необходимое для одного выстрела количество, мне нужно потратить как минимум час, и это не считая подготовительной работы. И ладно бы время было спокойное, делай себе и делай, в кубышку складывай. Но кругом война, и производство должно быть в разы больше чем сейчас.

Выход один, привлекать людей. Конечно пострадает секретность, но как я думаю, она в любом случае пострадает. Стоит мне начать массово применять порох, и всё, землю начнут носом рыть и пока не выяснят, не успокоятся. Тут, в принципе, особо много-то и не надо, достаточно лишь добыть образец и по составу можно определить ху-из-ху. Порох-то у меня не фабричный, не однородный. Если задаться целью, то вполне можно разобрать по крупинкам. Пусть микроскопов в этом мире ещё не знают, но зато есть магия, и секрет мой продержится недолго.

Что будет потом? — Не понятно. Понятно лишь что времени у меня будет не так чтобы и много.

Знавал я когда-то одного умного генерала, немца по происхождению, но русского по сути. Так вот он всегда говорил что Россия управляется непосредственно господом богом, иначе невозможно понять как это государство до сих пор существует.

А ведь это был семнадцатый век. И генерал этот — не будучи тогда еще генералом, прибыл из просвещенной Европы в наш дикий край, и смог увидеть здесь то, что не могут увидеть другие европейцы вот уже тысячу лет. Он душу русскую разглядел. Смог понять как живёт и как думает русский человек. И более того, будучи чистокровным немцем, он остался в этой дикой России и сам стал русским, чем очень гордился до конца своей жизни.

А я хоть и запомнил его слова, но отнёсся так, как к чему-то не совсем определённому. Вроде как бог это мифический такой персонаж, про которого все знают, но никто не видел. А тут вот она, богиня. Самая настоящая. И я не только видел её, но ещё и… Мысль продолжать не буду, мало ли, обидится вдруг.

Но в любом случае слова его подтверждались, пусть и не в том мире, а в этом, в который каким-то странным образом меня и занесло. А может быть для того и занесло чтобы я смог тут по-правильному всё сделать? Придать, так сказать, потенциалу маленькому росскому княжеству?

Ну а что, вполне рабочая версия. Восстановить Империю в её «правильных» границах — чем не цель в новой жизни?

Глава 4

Цель несомненно достойная, я бы даже сказал великая, но не зря говорят — счастье любит тишину.