— Хорошо. Тогда собирайте ваши украшения, складывайте безделушки ваши дочерей, и собирайтесь, у нас не так много времени.

— Куда это? — видимо совсем забывшись, гневно развернулась женщина.

— Как это куда? Ко мне конечно же. Вы такая же законная добыча как этот стол, или стул. Мне нужны деньги которых у вас нет, но я более чем уверен что найдутся ценители которые дадут за вас хорошую цену…

Если бы прямо сейчас сюда ударила молния, это не произвело бы настолько сильного эффекта. Женщина смотрела на меня и беззвучно открывая рот, размахивала руками.

— А если ваши дочери хотя бы вполовину похожи на вас, я вообще озолочусь. — подлил я масла в огонь.

— Какие дочери? О чём вы сейчас говорите? Вы не можете нас продать! Я боярыня Лопухина в конце концов! — поборов онемение, выпучив глаза, закричала хозяйка усадьбы.

— Несомненно сей факт прибавит вам стоимости на невольничьем рынке, но до него дожить ещё надо.

— Да как вы смеете! Наглец! Да я вас!.. — уже совсем не сдерживаясь, заистерила она.

— Смею сударыня, смею. И если вы не прекратите орать, я передумаю вас продавать и просто отдам солдатам. И уверяю вас, они мне спасибо скажут! Собирайтесь!

Она что-то еще кричала, обзывала меня обидными словами, но я уже не слушал. Честно говоря я и не думал никого продавать, хотел лишь забрать оружие какое есть, деньги естественно, может что-нибудь из вещей. Но эта женщина вывела меня из себя.

— Сажайте всех по телегам, и поджигайте тут всё! — спустя какое-то время командовал дядька Иван. Незлобивый по сути, сейчас он был в ярости. Двое особенно преданных хозяину слуг, подкараулили его, и хорошенько наподдали. Хорошо ещё что в броне был заговорённой, иначе лежал бы где-нибудь в уголке, и остывал потихоньку.

А трофеев на самом деле получилось не особо много. Помещения отданные под оружейный склад оказались пусты, никаких сейфов найдено не было, и единственное что можно было считать трофеем, как раз и были драгоценности боярыни. Золото и серебро это понятно, но меня больше интересовали каменья, которых оказалось очень даже неплохое количество. Это, во-первых, ожерелье из целой грозди некрупных, но очень чистых кроваво-красных рубинов, во-вторых, штук пять колец с камушками средних размеров, да несколько пар сережек такого же типа. У дочерей боярыни — а их оказалось аж трое, богатства были попроще, но и там пара камушков тоже нашлась.

Самая старшая Варвара — лет около двадцати, один в один походила на мать. Такая же невысокая, темненькая, с яркими, выразительными глазами и вполне приятными формами, оказалась такой же буйной и пока её не связали и не заткнули рот, во весь голос качала права. Вторая, Ирина, чуть младше, может не такая эффектная как мамаша и старшая сестра, но тоже весьма приятной внешности, вела себя тихо, делала всё что скажут и даже не поднимала ни на кого глаз. А вот третья, Оксана, — самая младшая, полная противоположность остальным как по внешности, так и по поведению, встретила нас в полном боевом облачении, и дралась не хуже заправского воя. Прежде чем её удалось скрутить, она умудрилась проткнуть двоих моих ратников.