|
Но ведь говорю-то я нормально! И даже кричать могу громко… Перебираю в голове воспоминания Русина – ни травм, ни осложнений после ангины, ни других уважительных причин. Анатомия? Может, просто от природы что-то со связками не так? В досаде обращаюсь к СЛОВУ: ну почему?! В ответ – тишина, нет никакого объяснения.
* * * 24 июля 1964 года, пятница, 10.00. Ленинград, набережная Невы На праздничной трибуне рассаживались с церемониями, длинными приветствиями и многочисленными рукопожатиями. Сначала на стул уселся Суслов, рядом с ним министр обороны Малиновский, позади примостились Рашидов и Ефремов. Было уже жарко, мужчины расстегнули пиджаки. Главком ВМФ Горшков в парадном кителе с многочисленными наградами вышел к микрофонам, откашлялся. – Товарищи матросы и старшины, товарищи офицеры, адмиралы и контрадмиралы!.. В торжественном строю на набережной застыли роты морских пехотинцев, матросов кораблей. В устье Невы в ряд выстроились десантные суда, несколько подводных лодок и сторожевых судов. Все они украшены флажками и вымпелами. – Слышали уже про Особую службу при ЦК? – Суслов наклонился к Малиновскому, но голос понижать не стал. Рашидов с Ефремовым навострили уши. – Нам не докладывали. – Личная спецслужба Хрущева. Было закрытое заседание Политбюро. – Я в округе был, на инспекции. – Знаю. Так вот Никита продавил создание Особой службы при ЦК. – И кто ее будет возглавлять? – поинтересовался, наклонившись вперед, Рашидов. – Некто Иванов. – Иван Иванович? – пошутил Ефремов. – Вроде того. Неизвестная фигура. У меня по нему ничего, – вздохнул Суслов. – И знаете, кого он первым делом освобождает? – …Советский народ хочет видеть свой флот еще более сильным и могучим, – Горшков рубил рукой с трибуны, даже не заглядывая в бумажку с текстом. – Наш народ создаст для флота новые боевые корабли и новые базы. Задача флота заключается в том, чтобы неустанно готовить и совершенствовать кадры моряков, полностью освоить боевой опыт Отечественной войны, еще выше поднять морскую культуру, дисциплину и организованность в своих рядах… – Кого? – Малиновский вытер платком лоб. Пекло уже нещадно. – Судоплатова! – Не может быть! – Малиновский понизил голос: – Это же личный боевик Сталина. – Я слышал, у него инфаркт в тюрьме был. – Рашидов тоже начал вытираться платком. – Вы понимаете, кого готовят для Хрущева? – Суслов обернулся к Ефремову и Рашидову. – Ликвидаторов! – Кого ликвидировать будут? – поинтересовался министр обороны. – Нас! – уверенно произнес Михаил Андреевич. – Готовьтесь. Мы – следующие после Брежнева и Шурика. – Да ну ладно… – покачал головой Малиновский. – Мы Хрущева в бараний рог скрутим, если надо. – Генерал кивнул на строй морских пехотинцев на набережной. – Надо, Родион Яковлевич! Очень надо. – Суслов заглянул в глаза Малиновского. – Кто-то должен остановить Хруща. – …Поздравляю вас с Днем Военно-морского флота Союза ССР! Да здравствует Военно-морской флот советской державы и его героические моряки! Ура! Матросы дружно подхватили «ура!». Испуганные чайки и голуби взмыли с карнизов Адмиралтейства и Эрмитажа.
Глава 8
Увидев меня в дверях, Пахмутова расхохоталась. |
