– Короче, голод нам не грозит! – резюмировал я, подхватывая одной рукой Викин чемодан и большую сумку, а другой оба баула.

– Не грозит!

Отказавшись от услуг грузчиков, я хоть и с трудом, но все-таки дотащил домашние воронежские гостинцы до «Волги». Поставил все это богатство в обширный багажник и с облегчением выдохнул.

– Ой, а я думала, машина – это временно. – Вика разглядывала велюровый салон, потом потрогала руль в черной оплетке. Мы нечаянно соприкоснулись руками, и на лице девушки появился румянец, глаза заблестели. У меня тоже по телу прокатилось возбуждение. Свернув с дороги, я врубил заднюю передачу, заехал в темный, неосвещенный переулок. Лишь вдалеке светили фонари вокзала и подсветка огромного лозунга на крыше многоэтажного дома: «Сделаем Москву образцовым коммунистическим городом!»

Впрочем, коммунистическая судьба столицы меня совсем не волновала. Рука сама легла на колено Вики и поехала вверх, собирая ладонью юбку сарафана.

– Ой, что ты делаешь, Леша?!

Поздно, милая… Я уже впился жадным поцелуем в девичью шею.

– Нельзя тут! Люди же кругом…

– Вик, ну какие люди?! Ночь на дворе.

В переулке и правда ни души. Как, впрочем, и на площади трех вокзалов.

Моя рука добралась уже до трусиков Вики, язык коснулся мочки уха. Это явно подействовало на девушку. Она часто задышала и сделала последнюю безуспешную попытку вырваться:

– Леша, стыдно же! Увидят!

– Не увидят, темно! – Я уже стягивал одной рукой трусики, мысленно благодарю создателей 21-й «Волги» за диван – не надо опускать сиденье. Руки Вики тем временем нетерпеливо расстегивали пряжку ремня на моих брюках, а я уже шарил ладонью под бюстгальтером – Вика… как же я соскучился!..

Безо всяких предварительных ласк я неуклюже протиснулся сверху на пассажирское сиденье и вошел в девушку. Та застонала, обхватывая мои бедра ногами и вдавливая меня в себя, вцепившись тонкими пальцами в ягодицы. Тоже соскучилась, зайка!

Не прошло и нескольких минут, как мы дружно кончили. Громко и чуть не разбив ногой боковое стекло «Волги». Гитара тоже едва не пострадала от нашей бурной страсти – хорошо, что она успела завалиться за водительское сиденье. Вот что разлука с людьми творит!

* * *

Сплю… Мне снится удивительно приятный сон – женская рука нежно гладит меня по плечу, потом по груди, затем шаловливые пальчики начинают осторожно спускаться вниз. Какой же прекрасный сон!..

– Леша… Ле-шень-ка, вставай!

Я сонно мычу что-то нечленораздельное и пытаюсь отмахнуться от попытки вырвать меня из объятий Морфея.

– Леш, ну просыпайся уже! Ты же сам просил тебя разбудить в девять.

Мягкие женские губы начинают выцеловывать дорожку на моей шее, спускаясь от мочки уха до ключицы. Я?.. Просил разбудить и прервать этот чудный сон?! Нет, не мог я такого сделать… Или мог?.. Вика! Вика же вернулась в Москву. Вспоминаю, чем закончилась наша ночная встреча на вокзале, и невольно начинаю улыбаться сквозь сон.

– Лешка, хватит улыбаться! Вставай, а то Лева убежит в гараж и ты не успеешь с ним поговорить.

– Ам-м! – щелкаю я зубами возле маленького розового ушка и одним рывком подминаю под себя податливое женское тело. – Попалась?!

Вика придушенно пищит и пытается выбраться. Ну уж нет! Хочется затискать ее и отыграться за все те дни, что она провела вдали от меня. Но тут мне коварно суют под нос гудящую телефонную трубку.