Нам завтра в земную грязь

Залезать по колено, по грудь, по уши,

Запомни стихов моих пьяную вязь

Или просто не слушай.

Я стихи вам пером нацарапаю

Я стихи вам пером нацарапаю

О деревне в глуши старорусской,

Стеарин с моей свечки капает,

День остался полоскою узкой.

Раньше жил в городах боярских,

На балах танцевал и пиры пировал,

И служил я в полках гусарских,

И мундир на себя голубой одевал.

Только кончилось все в одночасье

Из-за первой любви безответной,

Я увидел ее на причастье

В храме царском на месте заветном.

И была она рода царского,

И красива, как ангел небесный,

И не пара корнета гусарского,

Хоть и был человек я известный.

Я покинул свой полк Павлоградский

И уехал в деревню старинную,

Здесь устроил я личное царство:

Обвенчался с царицей – с Ариною.

Растянулись гитарные струны

Растянулись гитарные струны,

Позабыт нашей песни аккорд,

И на море осеннем буруны

Не устроят для нас хоровод.

Затаились все чувства под шубами

И замерзли цветы на щеках,

Дымом письма летают над трубами

И теряются где-то в снегах.

Вот и сердце готово для радости

И тебе подпевает весна,

Словно нет юбилея по старости

И вся площадь для пляски тесна.

Прелюдия жизни

Протяжный колокольный звон

Прервал волшебный детский сон,

И сразу я увидел шумный город,

Бежит спешащий по делам народ,

На площади у церкви шум и гомон,

Там кто-то в полотенца наряжён,

Зашли в церковный мрак и холод,

Остепенился и затих честной народ.

В огромных окнах разноцвет стекла,

В них солнце слепит и во все цвета:

Вот красное лицо, видно, кто-то пьян,

А, может, просто у лица изъян,

Вот желтое лицо и красная рука,

И бьет в глаза у шляпы позолота,

У старика с огромной бородой,

Со всех картин, висящих надо мной.

Заминка в церемонии, и главная рука

Указывает на рюмку в центре храма.

И дева молодая, сняв фату, пошла туда,

Встала у купели, святая чистота,

А главный чародей в одежде золотой

Помазал лоб, чело полил святой водой,

И Мужа с Девой вел с собой за аналой,

И каждый гордо шел в короне золотой.

Затем они, веселые, ушли со всей толпой,

А старец с бородой уже пришел за мной:

Иди, сынок, сюда для таинства крещенья,

Что силу даст тебе для своего спасения.

Сказал и в руки взял и в воду с головой,

И был я, правда, мал, но парень не простой,

Своею пятерней схватил за бороду попа,

Намокла борода, вокруг была вода.

Смеялись все, а я орал, обида от обмана,

Елеем поп меня помазал и спала пелена,

Я вновь увидел свет, картинок добрые глаза,

И мама молодая, меня на руки забрала.

Тут с мокрой бородой священник местный,

С улыбкой мне повесил крестик медный,

Я что-то ел, и что-то пил, не помню вкуса,

И только в подсознанье голос – от Иисуса.

И так легко, почти в стихах,

Я это ярко описал уже в годах,

Когда приехал офицером в отпуск

В отчий дом. Собрался праздник

В честь приезда дорогого гостя,

И вдруг родная городская тетя,

Мои младые мысли-откровенья

Подвергла сильному сомненью.

Хотя, похоже, – отметила она,

Была погода больно хороша,

И в храме был цветной дурман,

С венчанием случился балаган:

Невеста у венца и без креста,

За что ругались сваты, два отца,

Потом крестили девку молодую,

А я стою, ни ног, ни рук не чую.