– И сейчас вы хотите, чтобы я уподобился тем, кто убил моего деда?

– Мне жаль, – сказал оядзи и шевельнул пальцами, подавая какой-то знак.

Терракотовые фигуры одновременно сдвинулись с места. Сихан медленно поднимал руку в протестующем жесте – но все это было уже неважно.

Потому что на стене, отгораживающей Школу от внешнего мира, находился гораздо более существенный повод для беспокойства.

Меч Виктора вновь прыгнул в руку – но сейчас его черный клинок был направлен в сторону, противоположную цели. Палец легко скользнул по рукояти. Мэнуки в виде эмблемы древней школы гэндзицу-рю легко повернулась и, повинуясь давлению, так же легко провалилась внутрь рукояти меча.

Это было похоже на плевок хамелеона. Ребристый стальной штырь просвистел в воздухе – и тут же вернулся на свое место, стряхнув об устье отверстия в рукояти застрявший в нем шейный позвонок.

А со стены вниз валилась фигура в костюме цвета предрассветного тумана, так и не выпустившая из рук автоматическую винтовку, снабженную оптическим прицелом и длинным глушителем.

Виктор вернул на место касиру, предохраняющую скрытый в рукояти ствол.

– Такое завершение ритуала вас устроит? – спросил он.

Но лысый оядзи его не слышал. Он завороженно смотрел, как через стену одна за другой перелезают другие серые тени.

– Сэнсо, – еле слышно прошептал он. – Война…

В следующее мгновение оядзи уже раздавал приказы, начисто забыв о Викторе.

Черные фигуры ринулись вперед, на бегу доставая кто мечи, а кто и что-то более существенно-огнестрельное. Хотя в умелых руках меч может очень многое, и еще вопрос, что существеннее в ближнем бою.

На плечо Виктора легла рука.

– Ты должен уходить, – сказал сихан. – Они пришли за тобой.

Виктор упрямо мотнул головой.

– Только с вами, сихан.

– Мое место здесь, – отрезал старик. – Если хочешь, забирай этого гайдзина и уходи. Найди Майуко, она покажет тебе дорогу.

Виктор не пошевелился.

У стены уже вовсю шла резня. Черные фигуры держались неплохо, но их постепенно захлестывала волна серых, сыплющихся сверху.

– Я… прошу тебя, – тихо сказал сихан. – Если Ямагути-гуми овладеют секретами совершенного ки-ай и прямой передачи, погибнет не только мой клан. Нарушится Равновесие, и никто не знает, к чему это приведет всех живущих на планете. Возьми, это тебе пригодится.

Он извлек из-за пазухи короткий деревянный тубус и почти насильно всунул его в руку Виктора.

– Я указал тебе Путь. Дальше ты будешь следовать по нему сам.

Послышался слабый щелчок. Длинный посох распался надвое. В правой руке сихана оказалось укороченное вдвое копье с серповидным лезвием, в левой – длинный меч, доселе спрятанный в черенке копья.

– Уходи!!!

Виктор поклонился, схватил пленника за руку и бросился по направлению к флигелю. Последнее, что он запомнил, – это разлетающиеся серые брызги, разбрасываемые во все стороны сверкающими окровавленными лопастями черного вентилятора.

…Он бежал по тропинке, волоча за собой безвольное тело. Видимо, пленнику крепко досталось, и он еле передвигал ноги.

Навстречу Виктору, вращая вылупленными глазами, выскочил Колян.

– Чо? Чо такое?!! – заполошно выкрикнул он. – Куда все бегут?

– Где Мяука?

– Да здесь была, только что видел… Так куда все бегут-то?

Виктор беспомощно оглянулся. Мимо, держась за голову и скороговоркой причитая на бегу, резво промчалась пожилая повариха. Она бежала к воротам.

Туда? Или не туда? Да где ее искать-то???

…Она появилась словно из ниоткуда.