– Значит, у нас имеется две сотни всадников.

Но двух обычных парфянских сотен было недостаточно для чего-либо, кроме разведки.

– Нам понадобится больше, – сказал я. – Сколько у тебя лошадей?

– Пятьдесят. Плюс четыре сотни мулов. Хотя я не могу отдать тебе всех лошадей, поскольку обещал Криксу и Касту, что дам лошадей и им – для них самих и их командиров. Значит, для твоей конницы остается тридцать лошадей. – Он заметил выражение разочарования, появившееся у меня на лице. – Не беспокойся. В этих краях полно лошадей.

Я не был в этом уверен, но надеялся, что он прав. Я уже видел один табун диких лошадей и решил, что недалеко должны быть и другие, однако помнил, что римское войско состоит в основном из пеших легионеров, и поскольку Спартак обучался военному делу именно у римлян, то недостаток конницы не должен его сильно беспокоить.

– Теперь я должен тебя покинуть. Вечером заколем быка и устроим пир в честь вашего решения. Моя жена очень хочет с тобой познакомиться.

Я удивленно посмотрел на него:

– Твоя жена?!

– До вечера, мой друг, – и он ушел.

Когда я вернулся в лагерь, Гафарн разбирал узел с одеждой, который ему принесли. Он как раз рассматривал довольно красивую белую тунику с длинными рукавами, отороченную синим.

– Что это? – спросил я.

– Подарок Спартака. Там еще есть штаны и сапоги.

– Для нынешнего праздника, видимо.

Перед тем как отправиться на пир, я собрал своих людей и объявил, что утром двадцать человек отправятся искать по окрестностям диких лошадей. Поймать дикую лошадь не проблема, но вот с седлами, уздечками и прочей сбруей возникнут трудности.

Пир, устроенный Спартаком, оказался роскошным. Горело с полдюжины костров, на которых жарились целые туши – свиные, бараньи, да еще два огромных бычьих бока. Перед кострами и вокруг них были расставлены длинные столы, за которыми сидели воины – ели и пили. Все кричали, пели и смеялись, женщины-прислужницы подносили подносы, полные хлеба и мяса, а другие подносили кувшины с вином. Спартак сидел во главе стола вместе с десятью другими воинами – как я понял, это были его командиры. Я узнал яростного и диковатого Крикса: его рыжие волосы горели, как огненный шар; всегда серьезного Каста с его длинным, немного грустным лицом. Остальных я не знал. Спартак, занятый разговором с одним из своих заместителей, заметил меня, поманил к себе и указал на свободное место в конце стола. Крикс и Каст не обратили на меня внимания, и я уселся рядом с человеком, чьи волосы были заплетены в косички, как у Крикса. Как я понял, он был из того же племени.

Прислужница поставила передо мной деревянное блюдо и положила на него с подноса кусок мяса. Я обычно не ем полусырое мясо, но сегодня решил рискнуть. Ухватил этот кусок, сочащийся соком и кровью, и откусил немного. Вкус был потрясающий. Юная девушка поставила передо мной чашу и налила вина – оно тоже оказалось превосходным. Местные виноградники, ясное дело, хорошо пограбили. Привлекательная женщина с волосами черными как ночь и с оливковой кожей наполнила серебряный кубок Спартака. Она засмеялась, когда он обхватил ее за талию и потянул к себе. У нее было узкое лицо с высокими скулами и полными губами. По какой-то причине она напомнила мне горного льва – своей кошачьей грацией и повадкой человека, связываться с которым смертельно опасно. Спартак сказал ей что-то, и ее глаза тут же метнулись в мою сторону.