|
Действует на их материнский инстинкт. - А по-моему, твой снимок тут ни при чем, - отозвался Том. Я уставился на него. - Как это понимать - ни при чем? - возразил я. - Именно снимок решил исход дела. - Ничего подобного, - ухмыльнулся Том. - На самом деле ее покорило пятнышко яичного желтка на моем галстуке. Глава пятая ВОЗВРАТ В ПРИРОДНУЮ СРЕДУ Много лет назад, когда наш Трест только начинал свою деятельность, я пытался разъяснить людям, для чего мы разводим животных в неволе. Всякий раз меня спрашивали: "А кого вы вернули обратно?" - так, будто все дело сводилось к тому, чтобы размножить несколько особей, затолкать в клетки, отвезти на родину вида и выпустить в ближайший лес. Ничего подобного... Сама задача разведения видов в неволе сопряжена со многими проблемами, однако, решив ее, то есть благополучно пройдя первую и вторую стадии нашего "многогранного подхода", можно всерьез приступать к стадии номер три - возвращать выращенных вами особей в природную среду: туда, где данный вид уже вымер, в районы естественного обитания вида, в места с подходящими условиями по соседству или в ареалы, где эндемичная дикая популяция нуждается во вливании свежей крови. Третья стадия - самая сложная. Сложность заключается в новизне этого дела, речь идет, если хотите, о совершенно новом искусстве, и мы учимся на ходу. Начать с того, что нет двух видов с одинаковыми запросами, каковые и необходимо тщательно изучать. Далее, нельзя взять животное, рожденное в неволе в третьем или четвертом поколении, и просто водворить его в природную среду. При всем обилии пищи кругом оно скорее всего погибнет, ибо приучено есть фрукты и прочий приготовленный корм из мисок. Все равно что привычного к роскошным гостиницам потомственного миллионера поместить на застланной газетами скамье в парке, предоставив добывать пищу в мусорных контейнерах. Без основательной подготовки он не освоится с новым образом жизни. Разработанные пока что методы достаточно просты, но, как я уже говорил, процесс должен учитывать особенности конкретного животного, да и конкретного места. Наша первая попытка вернуть на Маврикий розового голубя - наглядный пример того, как легко потерпеть неудачу. Мы решили для первого раза воспользоваться, так сказать, "пересадочной станцией" в Памплемусском ботаническом саду. Здесь на обширной площади предостаточно листьев и плодов, к тому же сад пересекает множество дорожек, облегчая наблюдение за реакцией и передвижениями птиц. Итак, мы соорудили специальный птичник с двумя отделениями - одно для пары голубей, коих мы наметили выпустить на волю, другое - для пары, играющей роль манных птиц, чтобы первая пара не покидала совсем ботанический сад. Кандидатов на освобождение тщательно отобрали в питомнике на Блэк-Ривер - комплексе птичников и вольеров, построенных и оборудованных маврикийскими властями при финансовой поддержке нашего Треста. После того как голуби освоились в новой обители, наступил великий "выпускной" день. По этому случаю я прилетел на Маврикий, и мне было доверено осуществить заветное действо. Было задумано, что, очутившись на воле, птицы смогут по-прежнему использовать птичник как убежище, и там их всегда будет ждать корм. пока они не привыкнут сами добывать пропитание. Прибыв на место в назначенный день, я размашистым движением (великое событие!) дернул веревочку, призванную поднять дверцу, открывая пленникам путь на свободу. Веревочка порвалась. Наступила неловкая пауза, пока кого-то послали за другой веревочкой. В эту минуту я с глубоким сочувствием думал о нарядных дамах, которые раз за разом без успеха пытаются разбить шампанское о борт спускаемого на воду океанского лайнера. |
