Но от мужчин пахло кедром и сандаловым деревом, и этот запах почему-то будоражил ее, хотя те анатомические подробности, которые она успела разглядеть, внушали некоторые опасения. Один из мужчин с нежным воркованием обвился вокруг Невиан.

— Потом, Лисик, — рявкнула она и дала ему подзатыльник. Шан отвела глаза. Невиан повернулась к ней. — Когда поостынет, из него получится хороший, полезный муж.

Шан вспомнила, что, по ее подсчетам, Невиан около семнадцати. Вес'хар, кажется, не взрослеют, они просто переходят из одной жизненной стадии в другую — буквально за ночь. Невиан стала полноправным матриархом. Правда, думать о ней, как о жене четырех мужчин, которым только крепкая затрещина может помешать влезть на нее прямо перед гостями, было как-то…

— Как непохоже на нашу жизнь, — пробормотала Шан и уселась за длинный обеденный стол, стараясь не задеть локтями все эти плошечки и чашечки радужного стекла.

— Давайте поедим, — сказала Невиан и выложила пирожные на тарелку.

Шан вонзила зубы в нетун, не в силах отвести взгляд от мужей хозяйки дома. Да уж, того, что она видела, достаточно, чтобы не считать их безобидными морскими коньками.

Нетун джай хрустнуло, и капля вязкой, пахнущей гвоздикой начинки скатилась по подбородку. Лисик был тут как тут, с салфеткой наготове, будто собирался вытереть ей лицо. Шан вытянула руку, защищаясь.

— Спасибо, я сама.

Лисик издал неразборчивый звук и вернулся к намазыванию какой-то желтой массы на тонкие коржики.

Другой мужчина кормил грудью малыша — совсем крошечного, не больше ладони Шан. Он спустил с плеч одеяние, и Шан видела его золотистую кожу. Малыш касался ее тонкими многосуставчатыми пальчиками.

Она знала, что у вес'хар мужчины вынашивают и выкармливают детей, но знать и видеть своими глазами — разные вещи. У Шан желудок сжался в комок. А рот наполнила жидкая слюна, как перед приступом рвоты. Еще одно жестокое напоминание: это — не Земля. Перед ней — не люди, но для Араса Сар Июссана это настоящая, правильная жизнь. А она почти приняла его за мужчину.

Она тщательно вытерла губы и подбородок. Интересно, на что это похоже — спать с мужчиной, который может кормить грудью? Непрошенная мысль, и развивать ее не хочется…

Вдруг Арас не может? С'наатат сильно изменил его.

Кормящий отец не обращал на Шан никакого внимания, занятый своим делом. Oh погладил головку младенца длинным пальцем, и крохотное существо придвинулось ближе к нему. Многого же она не знает об Apace… Какая разница, всплывают в ее голове его воспоминания или нет. Даже живя с человеком в одной комнате, можно не видеть очень многих вещей, если уж ты твердо вознамерился этого не делать.

Шан с трудом могла отвести взгляд от мужчин, хотя никаких достоинств, кроме эстетических, в них не наблюдала. Она вдыхала соблазнительный запах сандала и внезапно ощутила, что скамья давит на некоторые части ее тела, которые очень давно пребывали в забвении… Соблазнительный. То самое слово. Феромоны.

— Они тебе мешают? — спросила Невиан, указав подбородком в сторону мужей. — Ты, кажется, расстроена.

— Вовсе нет, — ответила Шан и окончательно утвердилась в мысли, что ее манера прятать истинные чувства за маской холодного безразличия на Вес'едже яйца выеденного не стоит. — Я должна задать тебе несколько вопросов.

— Полицейских вопросов?

— О Боже, нет.

— Прости, я не до конца понимаю твой английский.

— Ой, извини. Это личное. Мне нужен совет.

Зрачки Невиан расширились и тут же снова сузились: крестик — лепестки — крестик. Она поняла, что может оказать услугу альфа-самке.