— Простите, просто может это слухи, но глядя на вас мы решили, что это правда! Ведь у вас с мистером Беркетом не все ладно, вы в последнее время так плохо выглядите и этот переезд и…  .

— Это слухи Эльза и пожалуйста, больше, чтобы я не слышала об этом! Можешь идти! — жестко процедила Аня, ей не хотелось обижать ни в чем не повинную девушку, которая к тому же проявила такое благодушие и смелость, а может и глупость, смотря как на это посмотреть. Но слушать более, было невыносимо. Как только служанка ушла, Аня не зная, что сделать, в нерешительности схватила телефон и долго держала в руке, прежде чем набрать нужный номер, чувствуя, как от волнения скручивает желудок. Она звонила, звонила, но в ответ только гудки, хотелось вопить. Укорять, винить не было сил, да и лимит был исчерпан до дна! Она швырнула телефон, но тут же раздался звонок, Аня подскочила от неожиданности и волнения, быстро взяла трубку:

— Маркус!

— Это Белла! — услышала она задорный голос своей подруги и почувствовала разочарование, хоть и была рада ее слышать.

— О, привет, родная! Вы решили посетить Лондон?

— Привет невестушка моя любимая!

— По-моему у тебя кроме меня их больше нет! — пошутила Аня, настроение немного поднималось, с Беллой всегда было так — все невзгоды забывались.

— Ой, ну тебя, то ли ты не поняла! — весело отмахнулась от нее подруга, а потом ее голос стал серьезным — Вообще-то я здесь проездом, завтра улетаю в Португалию, к маме, я приехала поговорить, кстати, где мой братец? А как наш котенок, я так соскучилась по нему, столько подарков ему привезла! Я тут с Габби и с дочерью подруги, мы сейчас приедем к вам, надеюсь, возражений нет?

— Конечно, нет! — засмеялась Аня, хотя ей не хотелось никого видеть даже Беллу, она устала притворяться, да и как она объяснит переезд Маркуса?! А какая разница? Это его игра, пусть сам решает эти проблем, у нее нет ни желания, ни сил, что- то выдумывать.

Но через час на пороге появилась не Белла с детьми, а Маркус. Аня не знала, что сказать, все вылетело из головы, а он, как ни в чем не бывало, зашел в дом, поднялся наверх, чтобы поцеловать Мэтти перед сном, а когда спустился к ней вниз, без предисловий заявил, обдавая ее презрительным взглядом:

— Тебе не мешало бы привести себя в порядок, да и есть больше, ты похожа на затасканную потаскуху! Хотя, что я несу, ты таковой и являешься!

Волна гнева поднялась внутри, ярость ослепляла и она закричала:

— А как, черт возьми, я должна выглядеть? Простите господин, но мне не так охрененно в жизни как вам! Я, к сожалению, не могу тебя унижать, не могу издеваться над тобой, не могу трахать во все щели, не могу ударить, когда мне вздумается…  

— Заткнись! — прорычал он, глаза загорелись пламенем, но ей было все равно.

— Сам заткнись ублюдок, мне все осточертело! — продолжала она кричать.

— Осточертело?! Тогда собирай свои манатки и вали отсюда! В чем проблема? — оскалился он в издевательской улыбке. — Что-то ненадолго хватило твоей материнской любви! Стоило перестать тебя трахать, как ты заскулила сучка…   — он не успел договорить, голова дернулась, когда Аня со всей силы залепила ему пощечину, разбивая губу в кровь. Она застыла, с шоком и ужасом, взирая на дело своих рук, он же медленно поднес длинные пальцы к разбитой губе, вытирая кровь, в глазах блеснул дьявольский огонек-обещание скорой расправы. Аню заколотило, но тут раздался радостный крик:

— Салют ребятки! — В холл влетела Изабелла, а потом замерла, с недоумением и неловкостью разглядывая их. — Эмм… ну, вы как?

— Привет, Беллс! — Маркус быстро оправился, подошел к сестре и обнял.