— Да? — настороженно повторила она.

Женщина вздохнула.

— Дело в том, что Джейк сегодня вернулся домой на велосипеде. Это потрясающе красивый новый велосипед, и Джейк уверяет, что ваш сын Дилан продал ему эту машину за пятьдесят долларов. Но такой велосипед стоит гораздо больше, чем полсотни…

Кили закрыла глаза и покачала головой. Марк сам выбирал этот велосипед в подарок Дилану на день рождения. Итальянский гоночный велосипед. Сама она ни за что не купила бы такую дорогую машину. Но Марк настоял, что именно такой велосипед нужен мальчику в тихом районе, вдали от центра города: движения тут почти нет, а добираться пешком до игровых площадок, магазинов и до друзей слишком тяжело. Правда, Дилан еще не успел ни с кем близко подружиться, но это дело наживное.

— Честно говоря, я… обеспокоена, — продолжала Сьюзен Эмблер. — Боюсь, что мой сын мог украсть его. Дилан вам ничего не говорил?

— Он ничего об этом не сказал, — осторожно ответила Кили, прекрасно понимая, что если бы велосипед украли, Дилан обязательно упомянул бы об этом. — Позвольте мне поговорить с ним, и я вам перезвоню.

Записав адрес и телефон женщины, она повесила трубку и тут же почувствовала, что кто-то вошел в кухню у нее за спиной. Кили обернулась. В дверях стоял Дилан, держа за лямки свисающий до полу рюкзак. Он был в черной футболке и обвислых джинсах, съехавших на бедра так низко, что виднелась резинка трусов. Его голова была обрита наголо, на бледном лице, особенно на подбородке, выделялись подростковые прыщи. В левом ухе красовалась золотая серьга.

— Сделаю уроки наверху, у себя в комнате, — объявил он.

Кили скрестила руки на груди и посмотрела на него, прищурившись.

— Не торопись, приятель. Мне надо с тобой поговорить.

— Ну, чего? — нахмурился Дилан, сразу же занимая оборонительную позицию.

— Мне только что звонила мать Джейка Эмблера.

Дилан бросил на нее быстрый взгляд и тут же, пожав плечами, уставился в окно.

— Ну и что?

— Не смей разговаривать со мной в таком тоне. Ты прекрасно знаешь, зачем она звонила, не так ли?

Дилан переложил рюкзак в другую руку и воинственно выпятил подбородок, но ничего не сказал.

— Она хотела узнать, — продолжала Кили, — не украл ли часом ее сын твой велосипед. Ей трудно было поверить, что он купил такую замечательную машину всего за полсотни.

Дилан переступил с ноги на ногу и отвернулся. На его лице появилось наигранно скучающее выражение.

— Итак? — спросила Кили. — Ты действительно продал ему велосипед за пятьдесят долларов?

— Это же мой велик, — угрюмо пробормотал Дилан. — Что хочу, то и делаю.

Кили почувствовала, как кровь горячей волной приливает к щекам.

— Дилан, что с тобой происходит?

— Ничего, — буркнул он. — Из-за чего такой шум?

— Прекрати. Не надо делать вид, будто ничего не происходит. Ты прекрасно знаешь, что Марк специально купил тебе этот велосипед, потому что ты именно о таком мечтал.

— Не нужен мне этот дурацкий велик! — бросил в ответ Дилан.

Кили подошла к нему вплотную и ткнула в него указательным пальцем.

— Перестань, Дилан. Ты ведешь себя как малолетний хулиган, и я этого не потерплю. Я не позволю тебе причинять боль Марку. Он не заслужил такого отношения. Он всегда был так добр к тебе…

Дилан мрачно уставился прямо перед собой, стараясь не мигать, хотя ее палец качался прямо у него перед носом.

— Сию же минуту отправляйся наверх и принеси эти пятьдесят долларов, — приказала Кили.