— А. Ясно, — соврал я.

— Так Хромова слышал, да? — сказала Лиля и открыла ещё один контейнер. Там было картофельное пюре и печёные овощи.

— Ну, слышал. Ты насчёт уколов? По мне так правильное решение. Полный запрет привёл бы к возникновению чёрного рынка, а там и до новой революции недалеко. А так — формально вроде бы у каждого есть шанс полететь в космос. Хотя на самом деле, конечно, нет.

— Почему нет? — Лиля подняла бровь.

— Ты же не думаешь всерьёз, что… — начал было я, но потом поглядел ей в глаза внимательнее.

Думает. Именно всерьёз. И не она одна, судя по всему.

— Вот как, значит… — ответил я, — но послушай, у нас не хватает многих критических технологий! Уже сейчас, даже на этапе эскизного проектирования это очевидно!

— В курсе, что бисоферу перепроектировали? — спросила Лиля, — после освоения синтеза, технологию которого создала эта штуковина?

— В курсе, — ответил я.

— Ну так, а подумай, сколько ещё всего закопано по объектам? Сейчас наука двигается быстрее, чем когда-либо, просто изучая наследие искусственного интеллекта.

— Думаешь, его хватит, наследия этого? — спросил я.

— И ещё сверху останется! — ответила Лиля, — Гордь, ты не был там… вот побываешь, увидишь своими глазами — и тоже по-другому на это всё смотреть будешь…

— Да там пустого много… — попытался возразить я, — тот же твой радиотелескоп — кому он пользу принёс, а? Если учёные до сих пор договориться не могут о том, был ли он, — я осклабился и поглядел на курицу. Очень уж аппетитно та пахла.

— Голодный всё-таки, — сказала Лиля довольным тоном, перехватив мой взгляд, — ты ешь давай, не стесняйся, — она достала одноразовые тарелки и приборы, — накладывай.

Я не заставил себя долго упрашивать. Домашняя еда для меня была настоящей роскошью.

— А что касается пользы… — Лиля вдруг понизила голос едва ли не до шёпота и приблизилась ко мне, — знаешь, думаю, то открытие специально замыливают. Я хотела на диплом подаваться — зарубили. Категорически. И намекнули, чтобы думать забыла, если не хочу неприятностей.

— Но… почему?.. — спросил я с набитым ртом, жуя курицу, которая оказалась обалденно вкусной.

— Потому что там есть кое-что, что знать общественности не обязательно… — продолжала шептать Лиля, — ты никогда не думал о том, как между собой общаются машины? — спросила она.

— Кодами, — я пожал плечами, проглотив, наконец, курицу и накладывая овощи, — это известно.

— А ты задумывался, как они выглядят и слышатся для человека? — продолжала Лиля. Она подцепила кусочек печёного кабачка и изящно отправила его в рот, глядя на меня в ожидании ответа.

Но я только неопределённо пожал плечами.

— Знаешь, раньше в ходу были так называемые кью-ар коды? Там в понятной для машин визуальной форме были зашифрованы данные.