— А ты просто скажи нам правду, и все, — заявил Клементе, глядя ей прямо в глаза.

— Ты больше не любишь нас и поэтому не будешь с нами жить? — спросила Джина, подходя к ней поближе.

— Бог с вами, нет! Я не могу вас разлюбить, потому что… да просто потому, что вы и правда мои дети, а я… я ваша настоящая мама!

Удивленный до глубины души, Клементе возразил:

— Но как это может быть? Ты ведь наша тетя.

Кэролайн взглядом попросила Паоло о помощи.

И тогда Паоло им все рассказал. Дети долго не могли прийти в себя. По сто раз они задавали одни и те же вопросы, долго всхлипывали, охали и ахали. А потом потребовали ответить, кто их отец, но не могли поверить, когда узнали правду. Это действительно был самый большой шок в их жизни, не считая недавно перенесенной смерти Ванессы и Эрманно.

— Но если вы не будете жениться, значит, ты вернешься к себе домой? Вот и уезжай! Мы прекрасно жили и без тебя, — заявила девочка и бросилась к Паоло, выкрикнув напоследок: — Ненавижу тебя! Ненавижу!

Оставшись одна в библиотеке, Кэролайн долго смотрела на огонь. Дети ушли, даже не попрощавшись. Возможно, они надеялись на то, что Паоло, их отец, придумает какой-нибудь способ, чтобы оставить их здесь. Сама же Кэлли уже ни на что не надеялась.

Догорающее полено треснуло в камине, заставив Кэлли вздрогнуть. Неожиданно по поверхности стола скользнул яркий лучик. Ах, и как это она могла забыть о своем обручальном кольце?

— Теперь оно уже не нужно… — Кэлли сняла его и отложила в сторону. Кольцо лишний раз напомнило ей о несбывшихся мечтах, о том, что так хорошо начиналось…

Тут дверь открылась, и на пороге появился Паоло. В руках он держал поднос.

— Ты не ужинала, — заметил он ровным тоном. — Я принес тебе поесть.

— Спасибо, я не голодна.

— Голодовка не решит проблемы, Кэролайн.

— Но я просто физически не хочу есть, — почти простонала она.

— Тогда выпей. Нам обоим было бы неплохо принять что-нибудь покрепче чая, — и он подошел к бару. — Присоединишься?

— Почему бы и нет, — проговорила Кэлли, хотя знала, что алкоголь не может заглушить душевную рану.

Паоло налил ей немного ликера и передал бокал.

— Хочешь поговорить?

Она молча взяла бокал из его рук. Прошла минута.

— Разве нам есть еще что обсуждать?

— Но нам необходимо что-то решить, Кэролайн. Несмотря на наши отношения, у нас есть дети. И мы за них в ответе, не так ли? Мы не можем бросить их вот так, когда они наконец-то узнали, кто их настоящие родители.

— Думаешь, нам удастся начать все с начала? — Кэлли задумчиво посмотрела на свой бокал с ликером. Перед ее мысленным взором проносились картины счастливой семейной жизни, жизни с Паоло и детьми.

— Ничто на этом свете не окончательно, кроме смерти. А значит, по нашему обоюдному желанию мы можем попытаться.

Глава двенадцатая

Как гласит народная мудрость, осколки вазы не склеишь, а если склеишь, то это уже будет не та ваза, что прежде, подумала Кэлли.

— Если бы у меня была волшебная палочка, — вздохнула она, — я бы вернула время назад и все изменила.

— Сейчас уже поздно думать об этом. Просто ответь: ты готова осуществить наш план?

От этого вопроса защемило сердце. Неужели ей предстоит каждый день видеть своих детей и знать о том, что она для них всего лишь замена их любимой матери, которой больше нет?

Ненавижу тебя… ненавижу!

Господи, она бы все отдала, лишь бы не услышать это снова из уст своей дочери! Лучше умереть.