Адептка разрыдалась, глядя на то, как волочило по земле ногу некогда сильное и гордое существо, как оно, не удержав равновесие на трёх лапах, завалилось набок, как пыталось зализать рану, как хлестала из неё кровь. Недолго думая, Мериам рванула юбку, смастерила из неё бинт и протянула к оборотню руку ладонью кверху. Вторую, с бинтом, тоже держала на виду. Шардаш подпустил адептку, позволил наскоро остановить кровотечение.

  - Нужно шину наложить, - адептка ласково прошлась рукой по шерсти: это должно отвлечь от боли. - Нас учили оказывать помощь, всё будет хорошо. Я вам до дома добраться помогу.

  Шардаш положил морду на лапы и замер. Отдохнув пару минут, он встряхнулся и оттолкнул Мериам. Оборотень уполз в подлесок, чтобы затем сказать усталым голосом профессора:

  - Вот где ваша смелость раньше пряталась? Уважаю. Не всякий взрослый маг с любыми степенями и любым дипломом решится на такой поступок. Одежду, будьте любезны, на куст повесьте. С ногой я сам. Спасибо. Разве что... Деревце тонкое сломать сумеете?

  Мериам мигом поняла, что ему нужна палка, и заверила, что сломает. Даже через боль.

  - Вот этого не надо. И, - он сделал паузу, после которой голос стал мягче, - плакать тоже не надо. Всё хорошо, не умру. Если повезёт, всё заживёт. Не повезёт - ходить не сможет автор капкана.

  Адептка улыбнулась и, утерев глаза рукавом, повесила одежду Шардаша на нужный куст. Подумала и предложила помочь одеться. Шардаш вряд ли осилит столь сложную задачу, только хуже себе сделает.

  - Что, днём стыд исчезает, а ночью превращается в манию? - хмыкнул профессор. - Нет уж, я сам, а то будете рассказывать об очередном посягательстве на вашу честь.

  - Я серьёзно, - обиделась Мериам. - Вам тяжело, вы обессилили...

  Шардаш промолчал. Помедлив, адептка раздвинула кусты и, повторяя себе, что больные пола не имеют, потянулась за рубашкой. Профессор, впрочем, проявил уважение к её воспитанию, не заставив краснеть сверх меры.

  Процесс одевания прошёл так же, как и раздевания: руки делают, а глаза не смотрят, - с той разницей, что штаны Мериам натянула Шардашу только чуть выше колен.

  Когда профессор сообщил, что уже можно повернуться, адептка закончила с его переломами и отправилась на поиски палки. Шардаш остался сидеть, прислонившись к дереву.

  Выбранное Мериам деревце не поддавалось. Понимая, что ещё немного - и тяжелораненых станет двое, адептка пошла на хитрость: воспользовалась заклинанием. Оказалось, если дерево подпалить, оно становится хрупким. Проблем с пожаром не возникло: Мериам владела слабыми бытовыми чарами, которые только свечку бы зажгли. Оставалось только оседлать деревце и, преисполнившись радости, не только согнуть, но и сломать.

  Вернувшись, адептка застала Шардаша в том же положении: раненая нога вытянута, здоровая подогнута под себя. Руки лежали на коленях, глаза закрыты. Дыхание тяжёлое и неровное.

  - Мэтр? - встревожено окликнула Мериам. - Вам хуже?

  Была или нет до этого складка у рта? И кожа синевой отдавала. Или это из-за пробивавшейся щетины?

  Шардаш мотнул головой и открыл глаза. Они испугали адептку не меньше, чем ритм дыхания - потускнели. И взгляд туманный.

  - Так, - Мериам деловито воткнула палку-ствол в землю, - какие ещё травы на оборотней не действуют?

  - Что вы задумали? - настороженно поинтересовался профессор.