— Не всегда, — ответил детектив.

— Это все из-за Дэнниса, — сказала Вэнди. — Если бы он не был таким психом и не доставал бы нас, мы бы никогда не побежали через лес.

Детектив Мендес прервал ее, чтобы включить свой кассетный диктофон, и перечислил тех, кто присутствовал в комнате.

— Ты больше никого не видела в лесу, Вэнди? — спросил он.

— Нет.

— Никого не было рядом с трупом?

— Нет, людей не было, только собака. Она вышла из кустов, как будто охраняла ее.

— Что за собака?

— Такая страшная, с большими клыками и глазами-бусинками. Ну вы знаете.

— Питбуль?

— Наверное. Но он на нас не нападал, — поспешно добавила Вэнди. — Только зарычал, словно велел отойти от той женщины. Дэннис сказал, что собака, наверное, убила ее и зарыла там, как косточку, но это же глупо, правда?

Дальше заговорила ее мать:

— Она утверждает, они не трогали эту собаку…

— Не трогали! — настаивала Вэнди, испугавшись, что мать снова начнет этот разговор. Какая разница, трогали они собаку или нет?

— Значит, труп обнаружили вы трое.

— Четверо. Я, Томми, Дэннис и Коди.

— Коди тоже там был? — спросила мисс Наварре.

— Какой Коди? — спросил детектив.

— Коди Роч, — ответила мисс Наварре. — Я вспомнила о нем вчера. Он обычно везде ходит за Дэннисом Фарманом, но его не было в парке, когда я пришла.

— Потому что он закричал, как маленький, и бросился бежать, — объяснила Вэнди с явным осуждением. — Полицейские появились, когда он на них наткнулся.

Детектив посмотрел на мисс Наварре.

— С ним мне тоже надо будет поговорить.

— Вы уже знаете, кто эта женщина? — поинтересовалась мать Вэнди.

— Еще нет.

— Это так ужасно. Подобное здесь никогда не происходило.

— Собака знает, кто это, — сказала Вэнди.

— Вэнди, — раздраженно осадила ее мать, — хватит об этой собаке.

Мендес поднял руку, чтобы она замолчала, не спуская глаз с Вэнди.

— На ней был ошейник?

Вэнди пожала плечами.

— Я не помню. У нее были огромные зубы. Вот что я помню.

— Какого цвета была эта собака?

— Белая с черными пятнами. — Она повернулась и посмотрела на свою мать с выражением, которое значило: «вот так-то», а потом снова к детективу. — Черное пятно вокруг одного глаза и уха.

Детектив Мендес записал все это в свой блокнот. Видимо, он нашел в этом что-то важное.

— Это так важно? — спросила мать Вэнди.

— Если мы найдем собаку, то на ошейнике могут быть указаны данные владельца; и если собака принадлежала жертве, то мы узнаем все об убитой, проверив по городской картотеке, — объяснил детектив Мендес. — Это долгая история, но с такими вещами никогда ничего не знаешь наперед.

— Вэнди, ты очень помогла, — сказала мисс Наварре. — Хорошо, что ты такая наблюдательная.

— Спасибо, мисс Наварре, — ответила Вэнди, сияя.

Детектив Мендес снова протянул ей руку.

— Спасибо, Вэнди. Если вспомнишь что-нибудь еще, можешь сказать маме или мисс Наварре, и они свяжутся со мной.

Вэнди никогда еще не чувствовала себя такой важной. Она словно участвовала в расследовании Нэнси Дрю.