|
И странное ребячество, заставившее его вступить в торги - с начальной цены в 25 центов, которая так и не возросла, поскольку других претендентов на чемодан не нашлось. Покуривая, Хиклин вспоминал, как ему захотелось прикинуться рассеянным и уйти, оставив чемоданчик в зале. Но неизвестно зачем он все-таки притащил его в свою комнату. Дел в тот вечер не было, он полез в чемодан и обнаружил письмо. Письмо заинтриговало его, и он стал собирать сведения о человеке по имени Стивен Фернесс. И вот он здесь, возле реки, рядом с потрескивающим костром, слушает пение козодоя - он, единственный на свете, кто хотя бы примерно знает, где укрыты похищенные нефриты; наверное, один из немногих, кто вообще слышал о краже. Даже по сей день, рассудил Хиклин, нефриты еще нельзя продать без риска. Могут сохраниться документы, да и музей стоит и поныне. Но лет через пятьсот, через тысячу - никаких проблем не возникнет. Кража забудется, сведения о ней надежно затеряются в архивах. Неплохой старт для второй жизни. Бриллианты или, скажем, рубины таких усилий не стоят. Нефриты - дело другое. Это - произведения искусства. Конверторы могут выпускать бриллианты тоннами, правда, точно так же они могут штамповать и нефриты, но предметы искусства им не воспроизвести. Человек, подмигнул себе Хиклин, должен соображать, на что ставить, собираясь жить вечно. Трубка захлюпала - табак прогорел. Он вынул ее изо рта и выбил пепел о каблук сапога. Затем поставил удочки, завтра будет рыба, осталась еще мука, так что лепешками он обеспечен. Хиклин поднялся и пошел к байдарке за шерстяным одеялом. Крепкий сон, плотный завтрак - и снова на поиски острова с двумя соснами на берегу и отмелью, по очертаниям схожей с рыболовным крючком. Хотя, конечно, вряд ли отмель сохранилась в прежнем виде, зато сосны вполне могли остаться. Он постоял у воды и взглянул на небо. Там не было ни единого облачка, мерцали звезды, почти полная луна висела над восточными скалами. Он вдохнул свежий воздух - чистый, чуть прохладный. Чудный будет завтра денек. Глава 16 Стоя на тротуаре, Дэниэл Фрост проводил взглядом машину Энн, пока та, свернув за угол, не скрылась из виду. Он вздохнул и стал подниматься по истертым ступенькам обратно в квартиру, но на полпути остановился и снова вышел на улицу. Слишком ночь хороша, объяснил он себе, чтобы сидеть дома. Однако не в ночной красоте было дело, да и какая красота тут, в этом обшарпанном квартале?! Не хотелось возвращаться в опостылевшие стены. Надо переждать, пусть память о вечере немного притупится... Раньше Фрост никогда не думал, насколько же убого его жилье, до сегодняшнего вечера не думал - пока не вернулся из парка после встречи с Гиббонсом. И потом все вдруг волшебно изменилось - благодаря Энн. Да, он потратил сумасшедшие деньги на свечам и розы, но не они превратили жалкий угол в некое человеческое обиталище. Это все Энн, она придала его жилью тепло и уют. В чем же дело? Почему сегодня его ужаснула эта жалкая комната? Не он один живет так, жить так - неразумно. Есть крыша над головой, есть, где уединиться, где приготовить себе пищу, где отдохнуть. Что еще? Комфорт? Какой комфорт, когда его интересует лишь рост вклада на счету! Или не комната виновата, а сама эта жизнь вдруг показалась ему пустой и убогой? Но как так может быть, когда существует цель - Бессмертие! Улица тонула во мраке, нарушаемом лишь редкими фонарями. |
